Проклятый

Бэр подбадривающее хмыкнул, Димитрий глупо разевал рот, голос разом пропал, наконец он вымолвил, сильно заикаясь:

- Ве-ве-ведьма! Как ты это сделала?

Оксана, напуганная не меньше Димитрия, лишь неверяще таращилась на посох, силясь понять, каким образом она умудрилась сжечь птицу.

- Молодец, теперь от тебя точно будет польза в бою! – оборотень дружески похлопал девушку по плечу – Пусть теперь кто к тебе сунется с неприличным предложением! Тебе бы только научиться молоньи метать не с перепуга, а по собственному желанию и разумению.

Теперь ты у меня, помимо упражнений с этим дрыном, ещё и приколдовывать малость будешь. А у первого же колдуна книжку умную прикупим, аль отберём, если дюже несговорчивый попадётся. Грамоте разумеешь? – Бэр явственно издевался, он всегда говорил по мужицки, когда измывался над кем-либо.

- Разумею. – только и смогла выдавить из себя девушка, ошарашенная сомнительными прелестями колдовского искусства.

- Вот и ладненько. – Бэр чуть ткнул коня пятками, подбадривая и заставляя перейти на рысь.

– Ты, Оксанка не грусти, тебе ж теперь никто не указ, что хошь можешь делать.

Девушка злобно взглянула в спину оборотню и сделала то, что давно хотела – сняла рубаху и сорочку, оставшись лишь в штанах, поровняла свою кобылку с Вороном Бэра и злорадно выставила крепкую грудь навстречу солнцу, что нагло таращилось с неба, нисколько не смущаясь.

Димитрий смущённо закашлялся, а Бэр неодобрительно скользнул взглядом по нежной коже.

- Накинь одёжку-то, обгоришь быстро с такой белой кожей, носись потом с тобой, сметаной мажь, а где её возьмёшь?

- Не обгорю, не боярская дочь!

- Ну-ну.

Солнце опустилось за край земли, но день кончится ещё не скоро. Бэр, придержав Ворона, объявил привал. Оксана студнем соскользнула с коня, стараясь не слишком двигать плечами (она всё-таки обгорела). Димитрий, насмотревшись на трюкачества оборотня, лихо спрыгнул. На этот раз они остановились в голой степи: ни деревьев, ни воды.

Бэр, откупорив степняцкий бурдюк, влил в котелок несколько ковшей. Пока Оксана перебирала их запасы, решая, что же приготовить на этот раз, взглядом запалил костёр из запаса дров, нагруженных, не взирая на бурные протесты попутчиков, на всех коней с расчётом на две ночи непрерывного горения. В скором времени девушка примостила котелок на рогульки, всыпала крупы, набросала мяса, каких-то кореньев.