Проклятый

– Я пришёл за твоей жизнью! – эти слова вызвали у Перуна лишь усмешку.

- Боги бессмертны, ты не знал?

- Это мы и проверим! Я вызываю тебя!

- Ну что ж, ладно. Только я буду биться как бог, и здесь нет судей, которые спасут тебя! – произнёсло божество, вставая с трона. На его месте появился лёгкий туман, колыхнулся, потемнел, растянулся в подобие человеческой фигуры…

- Он не нуждается в помощи!

Перун развернулся, вздрогнув от неожиданности.

- Чернобог? Что тебе нужно?

- Я буду судить ваш бой. – туман сгустился и превратился в человека.

Бэр почувствовал, как на горле сомкнулись жёсткие пальцы. Перед глазами колыхался призрак Перуна, оборотень стремился схватить его, но его руки лишь двинули воздух, беспрепятственно пройдя сквозь бога. Ноги оторвались от пола, стена метнулась навстречу, больно ударила по голове.

В глазах темнело от нехватки воздуха, гортань, казалось, уже вдавливалась в затылок.

- Вот и всё. – раздалось над ухом. – Ты покойник!

Откуда-то донесся голос, казалось, что он пробивается через толщу веков, настолько глухим он был и звучал не в ушах, а словно в самой душе:

- Сражайся духом, а не плотью.

Мысли умирали одна за одной, пока не осталась единственная, даже не мысль, а ощущение: огнь гложет кусочек льда, испаряет воду, чем меньше лёд, тем реже бьётся сердце. Человек уже сдался, но волк продолжал бороться. Казалось растворилось и исчезло всё: комната, Перун он сам, остались лишь лёд и пламя. Расколов смёрзшуюся воду на тысячи осколков, дохнул заключённый в кусочке льда ветер, мазнул изморозью, набросился на пламя, поглощая его и превращаясь сам.

Бэр, наконец, поймал горло бога, сдавил, в то же время лёдяной жар набросился на живой огонь, окружил, погасил, обратил в камень.

Оборотень упал, пытаясь отдышаться. Горло саднило, лёгкие с жадностью впитывали воздух, перед глазами понемногу светлело.

Придя в себя, он огляделся. Перуна не было, гранитные плиты облизаны огнём и покрыты инеем, пальцы правой руки смёрзлись. Кое-как разлепив их, Бэр в удивлении уставился на крупный камень синего цвета, в его глубине трепетал язычок пламени, но и он понемногу угасал. Очень болело обожженное лицо, осторожно проведя рукой по подбородку, он обнаружил полное отсутствие бороды, вздувшиеся волдыри лопнули от прикосновения, противно защипало.