Вторжение в Мидгарт

— Да, такое не исключено, — ответила на это Альфина, и ее серебряное лицо омрачилось думами о напрашивающихся выводах.

Вульф хотел было высказать свое мнение, но замер на полуслове, когда увидел растерянное лицо Сигрун; она подошла к костру, где сидели вожди и эльфы, и замерла. Ее руки дрожали, маленькие глазки блестели в свете костра.

— Что стряслось? — насторожился Вульф, и тревожные мысли поскакали в голове одна за другой. Все затихли, ожидая ответа Сигрун.

— Кувшин… — дрогнувшим голосом промолвила она.

— Что? — хором вскричали Вульф и Сигурд, вскакивая на ноги.

Сиггейрер шагнул к дочери и заглянул ей в глаза.

— Что случилось с кувшином? — спросил он.

— Исчез… — выдавила Сигрун.

На поляне повисло тяжелое молчание, нарушаемое лишь шумом ветра в ветвях деревьев. Откуда-то издалека донеслось уханье совы.

— Ты совершенно уверена в этом, дочка? — строго проговорил Сиггейрер.

Она в это мгновение стала похожа на маленькую обиженную девочку, которую разыграли и обманули старшие подружки.

Сигрун кивнула и тихо сказала:

— Я обыскала все, его нигде нет. Он был в моем заплечном мешке, который лежал возле плаща… ну там, где я спала эти ночи.

— Проклятье! — взревел Вульф. — Его кто-то спер!

— Стоит поискать получше, — предложил Асмунд, — он может быть где-то рядом…

— Не нужно утруждать себя бесплодными поисками! — раздался голос, который узнал каждый.

Все повернулись к лесу — у опушки стоял карлик Галар, в его руках светился багровым кувшин. Вульф от злости сжал ладони в кулаки, да так сильно, что ногти вонзились в плоть и несколько капель крови показались из-под пальцев.

Он шагнул вперед, протискиваясь между замершими в растерянности воинами, и остановился в десяти локтях от Галара. На грязном сморщенном лице карлика застыла издевательская ухмылка. Он перекатывал кувшин из руки в руку, не сводя глаз с беловолосого воина. Вульф следил за светящимся сосудом, не зная, что предпринять. Сигурд и Сигрун встали рядом, а толпа воинов за их спинами пододвинулась вперед. Но это, казалось, ничуть не напугало карлика.

— Ты сослужил мне хорошую службу, Вульф, — сказал Галар, продолжая ухмыляться. — В знак благодарности тебе и твоим друзьям я не стану обращать вас в пауков или в каменные столбы, обрекая вас тем самым на вековые муки. Нет, не стану… — Ухмылка сползла с его темного лица, и он грозно проговорил: — Я просто сожгу вас, как охотник сжигает муравейник, когда его обитали начинают досаждать ему своим присутствием.