Ловушка для духа.

Оказавшаяся марионеткой кодзу, она исчезла вместе с ним. Единственная, о ком жалел Рэй, блуждая по своему запутанному миру сновидений.

Потом во сне начали возникать невероятно оригинальные идеи по поимке духа-убийцы. Они крутились у виска, словно стая гудящих пчел, и отмахнуться от них не получалось, хотя скорее всего при свете дня грандиозные планы превратятся в сборище нелепых фантазий.

Рэй проснулся еще до того, как встало солнце. В комнате было сумрачно, и лишь белое древко яри едва заметно светилось в полумраке.

Он быстро оделся, повесил копье на ремнях за спину, острием вниз, чтобы не нервировать видом оружия охрану, и поспешил в южную половину замка.

Иногда по дороге ему встречались слуги. Она выглядели так же, как и вчера, — замкнутыми, хмурыми, сосредоточенными, молча кланялись и бесшумно скользили дальше по своим делам. Или не слышали об убийстве, или оно не произвело на них впечатления.

Охрана в коридоре у покоев семьи наместника насторожилась было, увидев Рэя, но, разглядев золотую печать, солдаты расслабились и пропустили его, не задавая вопросов.

Залы и комнаты в этой части дворца становились все более роскошными, деревянные резные барельефы на стенах — сложными и вычурными, пол — пестрым от разноцветных пластинок дерева, а светильники из простых чаш превратились в тяжелые многогранные кованные конструкции. Здесь стали чаще мелькать бело-красные одежды слуг, похожие на яркое оперение птиц.

Несмотря на ранний час, второго сына наместника не было в его покоях.

Как сообщил заклинателю слуга, застилающий необъятную постель, — господин Хитару вышел в сад, покормить своих питомцев. Поблагодарив его, Рэй отправился на поиски брата Сагюнаро.

Проходя по длинному коридору мимо таинственной запертой комнаты, он не сдержался и снова заглянул в замочную скважину. На этот раз с той стороны ничего не было видно, кроме алого цвета, заполняющего собой все пространство отверстия для ключа.

«Завесили с той стороны тканью, — понял Рэй.

 — Чтобы любопытный заклинатель умерил интерес и прекратил совать нос не в свое дело. Значит, кто-то все же имеет право открывать эту дверь».

Он выпрямился и пошел дальше.

На улице было прохладно. Солнце только собиралось подниматься, робко трогая из-за горизонта бледное небо первыми тонкими лучами. Кусты, похожие на темные косматые клубы дыма, жались к земле. Деревья стояли над ними безмолвными черными стражами.