Логик

— Или это двойник сидит и корчит удивленную рожу?»

— Это и впрямь невероятно, — выговорил я, — ходили слухи, конечно… И в одно поселение можно было с натягом поверить, но чтобы четыре!.. Честно говоря, я считал тех, кто об этом болтает, полоумными идиотами, которым нечем себя занять, кроме как распускать нелепые сплетни.

— Чудеса случаются, — совершенно будничным голосом изрек Хофа. — Тут нечему удивляться: Пирамида полна тайн. Подумай только, какие вещи может скрывать, например, Румаи?

— У него их полно… не стоит даже гадать, — откликнулся я.

— А то ведь и с жизнью распрощаешься раньше срока, верно? — засмеялся караванщик.

В этом он был абсолютно прав: лучше ему не совать туда свой нос, ибо дела Верховного — это мои дела.

— Сколько займет дорога?

— Если Тремор нас пропустит, сэкономим часов восемь, и тогда останется еще десять, чтобы добраться до прямого тоннеля, который пролегает под северным мостом. А там тридцать с небольшим километров — и все, мы окажемся под главным управлением.

Я довольно кивнул головой и сказал:

— Надеюсь, с Тремором не будет проблем.

— Да кто же его разберет! Он, видишь ли, совершенно не стесняется раз за разом приходить в мой город и пытаться украсть центральный сосуд. И всякий раз я вынужден платить ему дань за проход — ничего не поделаешь. Он — бандит, я — делец. Таковы правила.

— Я оторву башку этому ублюдку! — с гневом вдруг выпалил Кано: видать, в свое время Тремор задел его за живое.

— Значит, не любишь его, — заключил я, — интересно почему?

Кано не торопился отвечать на этот вопрос.

— Оторвешь, Кано, оторвешь. Когда-нибудь. Я тебе обещаю, — Хофа обращался к своему головорезу, не отводя пристального взгляда от густеющей впереди темноты.

Следующие несколько часов мы ехали в молчании, внимательно вслушиваясь в любой шорох и ожидая, что подстерегающая, казалось, за каждым поворотом опасность вдруг станет реальностью. Шарканье заплетающихся ног и тяжелое дыхание говорили о том, что волки устали тащить на себе логиков.

Хофа Кехх напоил животину припасенной водой — те жадно черпали ее языками из небольших мисок. А затем кинул каждому волку по две жирных крысиных тушки. Перевертыши были рады.

Кая с умилением наблюдала за этими забавными зверями, по-прежнему держа руку на рукоятке кинжала. Я тоже был готов в любую секунду разорвать на части не только Кано, но и дюжину-другую врагов, будь во главе их хоть Тремор, хоть сам Румаи.