Ренард. Цепной пёс инквизиции

Правила дуэли чётко прописаны и …

«Тяжёлый» не дал ему договорить.

- С чего ты решил, что я благородный? Что буду соблюдать какие-то правила? Я просто убью. Быстро и без затей. Таких, как ты — с десяток зараз. Показать?

Воин подошёл к смуглому неофиту вплотную и навис над ним как скала над дубком. Южанин нашёл в себе мужество не отступить и даже не отвёл взгляда, но его кадык предательски дёрнулся, и он шумно сглотнул.

- Не надо.

- Вот то-то, — похлопал его по плечу Дидье, отчего смелый отрок заметно просел в коленках.

— Здесь выбор простой. Или вы, или вас. Всё остальное только мешает.

Простолюдины внимали, не понимая и половины сказанного, благородные так сразу не могли принять его слов — слишком сказывалось воспитание. Лишь Ренард был полностью согласен с наставником. Аим учил его тому же. И практически теми же словами.

А де Лотрок уже пришёл в себя, стоял, дрожал, как осиновый лист и покрывался потом. Эмоции схлынули, и он трезво оценил варианты. В поединке с Дидье ему точно ничего не светило.

Хоть со шпагой, хоть без. Наставник закончил речь и повернулся к запальчивому юнцу.

- Теперь ты. У тебя есть целых три пути, — Дидье для наглядности сунул Аристиду три толстых пальца под нос. — Ты можешь с позором вернуться домой и рассказать родне, какое ты ничтожество. Ты можешь принять смерть от моей руки здесь и сейчас. Или же ты можешь заткнуться и получить шанс стать воином господа. Что выбираешь?

С каждой фразой Дидье загибал один палец и в конце перед лицом де Лотрока висел пудовый кулак.

- Выбираю шанс, — просипел де Лотрок едва слышно.

- Громче, недоросль. Голос воина должен греметь и приводить врагов в ужас, а ты блеешь, как курдючный баран.

- Шанс! — выкрикнул Аристид, чуть не в истерике.

- Тогда не строй из себя капризную принцесску и присоединись к остальным. Свою обувь можешь оставить, пока новую не растопчешь. Старые тряпки сложить вот сюда. Касается всех!

«Тяжёлый» ткнул палкой, показывая, куда именно следовало сложить одежду, и ослушаться не посмели даже самые строптивые.

Аристид тоже скинул свой нарядный костюмчик и вырядился в то, что выдали. Когда с переодеванием было закончено, всех выстроили снова, а брат-кастелян уже перебирал их старые пожитки, решая, что сгодится в дело, что пойдёт на ветошь, а что и вовсе, в костёр.

Ренард не особенно переживал по этому поводу. К рясе с крестами он ещё не успел привязаться, а новые вещи вполне себе неплохи. Так что не стоит накликивать неприятности по несущественному поводу.