Ренард. Цепной пёс инквизиции

Поросёнок оказался небольшим, и всем досталось всего по кусочку, но это не отменяло торжественности события. Стражники повергли будущего рыцаря. Пусть в ненастоящем бою, вшестером и под руководством опытного сержанта, но что было, то было, и этого не отнять.

«Воины» же пребывали в прескверном расположении духа. Даже Ренард, одержавший три победы из пяти возможных, вяло ковырял ложкой кашу. Не унывал только Пухлый, единственный из всех, кто свёл схватку вничью.

Кстати, свою половину поросёнка он сожрал сам, обглодав до последней косточки.

Глава 7

Страсти понемногу улеглись, и вскоре жизнь новобранцев приобрела размеренный ритм. Ранний подъём, поздний отбой, кормёжка утром и вечером. Дважды в декаду их забирал отец Нихаэль. Раз в месяц объявлялся хозяйственный день. Остальное время полностью посвящалось обучению. Сержанты гоняли отроков в хвост и в гриву, прививая навыки боя. Старший наставник отобрал особенно перспективных и натаскивал их с утроенным усердием.

Штрафные работы никуда не делись, Дидье лютовал уже меньше, но попасть на конюшни или на кухню, было по-прежнему проще некуда. Но даже грязный и тяжёлый труд старший наставник использовал, чтобы укрепить тело и закалить дух своих учеников. Очень скоро Пухлый избавился от значительной части жира, у Аристида заметно убавилось спеси, а Конопатый стал посмелей. Не сильно, но его уже не так колошматило, когда он выходил на тренировочный бой.

Неофиты постепенно отвыкали от прежней жизни, обретали смысл новой и незаметно превращались в Псов.

«Стражники» сплотились в настоящий отряд и уже не чувствовали себя ущербными. «Воины» из простолюдинов тоже быстро нашли общий язык и сбились в устойчивую группку. Благородные хоть и держались особняком, но к соседству крестьян притерпелись и уже не вскипали от случайного взгляда или неосторожного слова.

Даже Ренард, который всегда был сам по себе и не страдал от недостатка друзей, держался вместе со всеми.

С де Лотроком и де Боже сохранялся враждебный нейтралитет, но с остальными сложились нормальные отношения, а с Этьеном так даже приятельские.

Кстати, занятия у отца Нихаэля все полюбили — очень уж сладко спалось под тягучий шелест его голоса. Де Креньян, да и многие другие отроки, очень быстро выработали умение спать сидя и с открытыми глазами. Главное было — не храпеть, и не крениться набок, чтобы дежурный сержант не заметил. У Ренарда получалось.