На кончиках пальцев 2. Три Короля.

А тут, на глазах своих друзей и подданных, отхватить люлей от мальчишки, пускай даже и победителя Троя, это же, — конец всему!

Но удивлялся не только Глен. Удивлялся произошедшему и я.

«Почему это вдруг, стали такими невероятно мощными, мои удары? Да я, слона бы свалил, если бы захотел!»

***

— Несите это несчастье сюда! — это командовал, уже в конец обнаглевший я. Потому как Глен, о чём-то серьёзно задумался. Надеюсь не о том, чтобы меня немедля, четвертовать...

Очередной раз откачав Свэна с помощью вылитого на него вина, я снова взглянул ему в глаза.

От былой уверенности, там не осталось и следа. Её и после первого удара, было не шибко много. Просто захотелось врезать ещё разочек. Так, для профилактики.

— Ладно! Проехали... — махнул я рукой, в сторону барона. Который даже от этого невинного движения, мгновенно ушёл в глухую защиту. Чем вызвал немедленный смех у присутствующих. Разрядив при этом, изрядно накалившуюся обстановку.

— За Корконра, сэра Кота! — прозвучал тост. На этот раз, со своего места поднялся тот угрюмый мужик, барон Ланкастер.

И все сразу, его горячо поддержали. Особенно был неимоверно счастлив, юный герцог, Мэтти. Воочию увидав в деле, легендарного героя.

***

Мы усиленно пили и жрали, как минимум час. Присутствующие обсуждали то меня, то Генриха и его строптивую дочку. Но больше всего собравшихся интересовал вопрос, с первого удара я вынесу графа, или всё-таки немного позабавлюсь для порядка. Граф, как ни как.

Глен, как-то даже приуныл.

— Сэр Кот? А это правда, что вы приёмный сын сапожника? А настоящая мать, у Вас из благородных! — спросил меня, уже порядком поддатого, и в который раз пытавшегося угадать, какой же из трёх бокалов настоящий, Мэтти.

— или это всё придумали, чтобы чернь себе новых идолов не на воображала?

— И правда. И не правда... — еле ворочая языком, произнёс я.

— Это как? — не понял меня юноша.

— Запомни! Настоящая мать, не та что родила и бросила, а та, что воспитала и вырастила...

— Золотые слова! — подсевший к нам суровый мужик, снова налил мне винца.

— За настоящих отцов и матерей! — поднял он тост.

— За Мари и Мартина! Очень, очень хорошие ребята... — произнёс я, всё же ухватив нужный бокал.

— А Вы своих настоящих родителей, совсем не помните? — не сдавался Мэтти.

— Ну, почему же, не помню... Уже немного помню... Во-от столечко! — показал я, почти касаясь пальцами друг-друга.

— И какие они были? Ваши родители?

— Ну... Отец, на нашего графа был похож. Такой же здоровый. Дай пять...