На кончиках пальцев 2. Три Короля.

Да и физически справится с мальцом, для него не представляло никаких затруднений. Так что как ни крути, а похоже, что это был подарок судьбы! Чтобы раз и навсегда доказать прихожанам свою компетентность. А заодно и удвоить, а то и утроить, заметно упавшую в последнее время прибыль местного прихода!

Ржал я так заразительно и весело, что почти все крестьяне, меня дружно поддержали. Не смеялся только этот, о чём-то замечтавшийся поп. Но и он вдруг, пришёл в себя и подняв руки к небу, проорал на местных бедолаг:

— Тихо грешники! Не испытывайте терпенье Господа нашего! — толпа тут же умолкла.

— Вижу! Вижу я в глазах твоих, огни бесовские! Тварь страшная, живёт в теле твоём! Это она силой неимоверной, рукой ребёнка невинного, погубила овечек безобидных, здесь лежащих?! — и он очень пристально посмотрел в мои, немного посоловевшие от выпитого вина, всё ещё улыбающиеся глаза. — Покайся! И прими Спасителя в душу свою! Пускай изгонит он бесов из глаз твоих, что лишь взглядом способны смерть вызывать! И лишь устами издавая речи сладкие, девушек невинности лишать! — он подошёл ко мне вплотную, ткнул крестом и брызнул из фляги водой.

— Дядя, — положил я ему руку на плечо. — Может хватит комедию ломать. Кто тут у вас в деревне за главного?

Поп в замешательстве смотрел мне в широко открытые глаза. Затем снова открыл рот, пытаясь продолжить своё представление.

Но я немного сдавил свою положенную на плечо ладонь. Надавив при этом на ключицу. Может и не правильно так себя вести с людьми в рясе, но это округлое создание, явно не святым духом питалось. В отличии от большей половины, присутствующей здесь паствы.

— Тихо батюшка, тихо. Да, больно, я знаю. Просто скажи кто здесь главный?

— Так, вон он лежит. Тобой убиенный... — порядком покосившись от боли, святоша указал на смотревшего закрытыми глазами в весеннее небо, одетого в мой трофейной кожаный плащ, Шипа.

— Ладно, а заместитель кто? — не сдавался я.

— Палец заместитель. Кузнец это наш искусный, рядышком покоится...

Оказалось, что я переколотил почти всю верхушку, этой милой деревни. И единственный кто входил в состав деревенского совета, и почти не подвергся насилию с моей стороны, и был этот малахольный поп.

Я его тут же отпустил. А так как общаться с ним, по всей видимости было бесполезно. Я решил обратится непосредственно к собравшемуся здесь люду.