Школа на краю империи

Начну с того, что человек напрочь игнорировал общепринятый дресс-код. Вместо солидного пиджака с галстуком — полувоенный френч. Вместо животика, залысин и дряблых мышц — поджарая фигура бойца ММА. Череп выбрит наголо, вдоль виска змеится уже знакомая татуировка. Глаза холодные, пронизывающие. Серо-стального цвета.

— Присаживайся, Сергей.

Лёгкий кивок — и мой сопровождающий скрывается за дверью.

Несколько секунд директор сверлит меня немигающим взглядом. Я обратил внимание на минимализм рабочего стола. Ни ручек, ни пресс-папье, ни папок с документами.

Единственная деталь, которую Андерсон соизволил оставить, — чёрный телефон. Кнопочный, без наборного диска. И это, я так понимаю, последний писк технологической моды.

— Обычно потенциалы не создают проблем, — начал издалека Андерсон. — Они слабы. Уходит год медитативной подготовки, прежде чем я наблюдаю прорыв. После этого человек обретает сверхспособность. Делается сильнее, быстрее, выносливее. За год мы превращаем хлюпика в неплохо подготовленного бойца.

С этого момента те, кого гнобили и унижали, начинают отыгрываться. Второй год обучения — время дуэлей и смертей. Мы теряем внушительный процент одарённых на данном этапе.

— Не понимаю, — сказал я.

— Чего?

— Одарённых в стране очень мало. Два процента из всех потенциалов получают первый ранг. Вы же эту школу построили не по доброте душевной, Глеб Олегович. Дому Эфы нужны рекруты. А вы так бездарно разбрасываетесь людьми.

Директор не удивился моему вопросу.

Похоже, он отвечал на такие выпады регулярно.

— Видишь ли, Сергей... Как ты изволил заметить, одарённых мало. Это парадокс, но подавляющее большинство потенциалов нам не интересны. Первогодки — это расходный материал. «Нули» гибнут пачками, нам их не жаль. Извини за откровенность.

— Ничего страшного.

— Так вот, я сказал, что второй год — время смертей. Не уточнил, правда, чьих. Старшеклассники безжалостно зачищают ряды потенциалов. Наслаждаются своей силой. А теперь маленький секрет: нас интересуют лишь те «нули», что сумели выжить в этой мясорубке.

Некоторые совершают на арене свои прорывы, инициируются и переходят на более высокую ступень развития. Экстремальные условия, постоянная опасность — вот залог получения дара. По моему скромному мнению, даже медитации не столь эффективны.

— Кажется, я понял.

— Хорошо. Значит, можно приступать к следующему пункту. Мы запретили бои вне арены, потому что раньше они имели обыкновение превращаться в неконтролируемые побоища. У всех есть друзья.