Князь крови

Пока мы сидим и трясемся над своим положением, мир затухает. Торговли становится всё меньше, потому что они слишком измотаны бесконечными конфликтами родов, чтобы что-то покупать. Мы даже жилье толком не строим, потому что его покупать некому!

— Но твой-то бизнес растет, Ларион, — отметила высокая пожилая дама с подкрашенными волосами.

— Мой? Виола, у меня фармацевтическая компания! Конечно, он растет. Последнее, от чего люди откажутся — так это от лекарств. Но это не та игра, где можно бесконечно выигрывать, ожидая, что у твоего партнера никогда не кончатся деньги.

— Увлеклись речами, сир?

Я повернулся к очень худому и очень носатому человеку, носившему очки в круглой золотой оправе. Пережив ужин и несколько пафосных речей о новых поколениях и будущем нашего клана, я скрылся за одной из колонн, слушая, как Власов предлагает дать больше свобод горожанам и крестьянам. Я очень надеялся, что до инициации меня никто не побеспокоит, и пытался придумать способ избавиться от ярлыка «вернувшегося птенца», который на меня, очевидно, уже успели налепить.

— Не то чтобы очень, сударь. Скорее просто наблюдаю.

— Ооо, понимаю, — мужчина закивал головой так, что очки едва не слетели с его носа. — Я и сам своего рода наблюдатель. Хотя мое внимание привлекают в основном более сложные явления.

Я с интересом взглянул на него.

— У вас немецкий акцент. Откуда вы?

— Ох, простите. — Он снова закивал головой и протянул мне руку. — Грегор фон Шульц, натурфилософ.

Рукопожатие у него оказалось на удивление крепкое и спокойное для такого суетливого человека.

— Натурфилософ? Не думал, что в нашем клане ученые в чести.

— Так и есть, сир. Я исключение из правил. Мои работы в основном связаны с природой магии. К тому же я немало занимался биологией, а в качестве хобби я изучаю историю.

— Природа магии, значит? Я пытался найти книги по этой теме в нашей библиотеке, но такое чувство, что никто об этом не пишет.

Грегор тихо засмеялся, потом ответил:

— Пишут, просто мало.

— Тогда, возможно, вы расскажете, что меня ждёт? — повернулся я к нему. — Если магия в человеке изначально есть, то почему она просыпается только после ритуала? А если нет, то как ритуал может её дать? Инициация будто противоречит логике.

Теперь уже он посмотрел на меня с интересом.