Багряный рассвет

На его лице застыло непонятное выражение восторга, а в глазах словно горели огоньки свечи. Но для Эсте в тот момент имели значение лишь слова сентийца:

- Простите, сержант, позвольте сказать? - дождавшись кивка он продолжил: - Тут неподалеку, меньше двух часов езды, живет на отшибе одна не то знахарка, не то ведьма. Всякое поговаривают. Народ суеверный. Но точно могу сказать, что к ней ходили серьезные раны и редкие хвори исцелять, и почти всем она помогала. Плату брала втридорога, но свое дело делала не хуже столичных целителей.

- Дорогу знаешь? – спросил офицер, на доли секунды опередив Эсте.

- Конечно, сержант. Я в этих краях каждый куст в лицо знаю.

Старший отряда отвернулся, взглянув в густую чащу. Но Эсте видел, что на самом деле в его голове шел напряженный мыслительный процесс. Наконец старший солдат вздохнул и, повернувшись к разведчику, произнес:

- Значит слушай. Возьми с собой еще пару бойцов, да запасных лошадей повыносливее. Доберетесь до ближайшего поселка, где можно раздобыть телегу. Такую, чтоб человек во весь рост мог лечь.

А затем мигом обратно. Хм… И вот еще что. Если будет нужно, не торгуйся. Плати сколько просят, и бегом сюда. По возвращении все решим.

Отдав честь, разведчик кинулся выполнять распоряжение, оживив ставшую густой, как кисель, атмосферу сентийского лагеря. Вновь повернувшись к парню, офицер пояснил:

- Если все действительно так худо, как вы говорите, то без телеги вы угробите своих друзей по дороге.

Эсте встретил твердый взгляд сержанта, после чего кивнул, и искренне добавил:

- Спасибо.

Последовавшую суету и короткий путь юноша помнил смутно. К группе учеников вплотную так никто и не приближался, держась в стороне, как от чумных. Возможно, причиной являлись залитые кровью стеганки парней, которые теперь были скорее бурые, чем зеленые. Или солдаты наконец-то поняли, на что способны эти «детишки». По крайней мере избегали их куда основательней, чем по дороге к месту Испытания.

Но и с остальными из ребят Эсте особо не говорил. Олаф сел управлять двойкой лошадей, запряженных в телегу.

Мрачный Рид сидел с ним рядом, иногда меняя холодные компрессы на лбу у раненных, потому как обоих мучил жар. Не смотря на бледность, тело Шайен буквально сгорало изнутри. Сказать, что Эсте переживал – не сказать ничего. Он не мог себе позволить избытка чувств, в окружении стольких чужих, но тонкую горячую кисть девушки из рук не выпускал. То и дело взгляд парня прыгал с любимой на Морана, который часто и прерывисто дышал.