Реплес

Например гвар… 

Я умышленно замолчал, секретарь рухнул в кресло, можно продолжать:

  – Баньши…

Останки гвара все равно найдут, баньши нет, но мои окровавленные уши мер Зальян уже внимательно рассмотрел. Обо всем остальном им знать не обязательно, с этим пусть Гридня разбирается, когда получит информацию по выполнению заказа. Хран’корам будет над чем головы поломать, а может и нет, не так много я понимаю в политике, которую они ведут.

 – Ну, так как?

 – Я даже не знаю… – опять жрец затянул тоскливую песню, так недолго думая еще на бедность жаловаться начнет.

 – Зато я знаю! – сказал, как отрезал. – Цена заказа сто двадцать золотых, новая одежда и доспех! – я выразительно усмехнулся, ухватив двумя пальцами рваные полосы того, что осталось от моего доспеха на груди. – Думал по-хорошему, цена вдвое и все, так нет. Вам, милейший, упираться захотелось, а у всего есть своя цена… 

Помолчал мгновение, дождался, когда на меня посмотрят, и продолжил:

 – Цена лично вашего упрямства двадцать золотых, новая одежда и доспех.

Такое заявление – это неслыханная наглость. Я это знал, но остановиться не мог! Наконец, его проняло и, кажется, я нажил себе в лице данного жреца кровного врага. Он замер на мгновение каменным истуканом, а потом поднялся: неспешно, спокойно, во всяком случае, с виду, хотя наверняка кипел от ярости.

 – Вы правы. Я сейчас.

После этого заявления, бесцветным, ровным голосом, секретарь стремительно вышел, а я остался стоять и думать, какая же тварь меня укусила, что я так взбесился.

Хотя, я хмыкнул в голос, разглядывая погрызенные наручи, укусила меня сегодня тварь и не одна. Прошло совсем немного времени, и послышались шаги возвращающегося жреца. Он неспешно обошел стол, и новый кошель лег рядом с первым, к которому я так и не прикоснулся.

 – Здесь сто пятьдесят золотых, вас ждет комната, ванна, эликсиры и маг-лекарь, если необходимо. Я уже распорядился. Одежду вам принесут, а доспех выбрать и подогнать вы сможете у кузнеца, чья кузня по правую руку от входа на территорию храмового комплекса.

И все это произнесено спокойным, ровным голосом, без тени издевки или недовольства, почти торжественно. Он вроде как признал мои заслуги? Ой, я что-то не верю. Ну да ладно, делать нечего, стянул перчатку с правой руки и протянул ее жрецу.

 – Не ожидал, право слово. Ваш жест очень благороден, – попытался высказать свое отношение к неожиданному поступку мер Зальяна.