Реплес

Где-то  там, среди этих горных цепей, прятался от взгляда Пайкир – город на границе Скиемера и Кайлеркипа. 

Безумная скорость и выносливость имперского скакуна привела меня в полный восторг, граничащий с эйфорией. Два небольших привала на предмет перекусить и напоить вороного едва теплой водой так и не «выбили» из этого восторженного состояния. 

Что интересно, в этот раз скакун безропотно согласился жевать заготовленный для него паек. То ли меня оставить боялся, то ли чувствовал то же, что и я – безумное желание продолжать скачку, как можно быстрее.

Любые проволочки и задержки – неимоверно раздражали.

Встреченные по дороге телеги, казались бесцельно стоящими посреди тракта, а парочка всадников – изумила своим неспешным передвижением, словно их и мороз не подгонял.

Оценить истинную скорость нашего передвижения я смог лишь ближе к вечеру, когда впереди, как на ладони открылся вид на Пайкир. 

Цветущая долина летом, сейчас укрыта снежным покрывалом. В большой излучине реки белокаменный город не был чем-то инородным.

Скорее он был достойным украшением долины, дополняя образ, задуманный самой природой, приводя его к завершенности. Мощные стены венчали сторожевые башни. Острые шпили стремились к небесам, а мелькающие тут и там огни факелов подтверждали, что стража не дремлет и город может жить спокойно.

Пайкир манил возможностью нормального ночлега. Это не значит, что Кайлеркип совсем неприветливый край. Просто его жителей больше беспокоили вопросы безопасности и выживания, а лишь потом – комфорта.

 

 – Дем, – я положил руку на шею вороного, – на закате ворота закроют. Успеем?

Ответом мне послужило фырканье. Я и сам понимал, что успеем, но это не значит, что мне запрещено подтрунивать над теми, кто меня утром с пинка будил.

Только подъехав к воротам, понял, что спешил напрасно. Пропустили бы в любом случае. Кроме стражников меня встречал начальник караула.

Широколицый крепыш, закованный в броню, сначала не поверил, что срочной депеши к его начальству у меня нет.

Затем убедившись, что я действительно хран, начальник караула замолчал. 

Нервно прохаживаясь передо мной по протоптанной дорожке, подметая подолом длинного плаща ледяное крошево, перемешанное с песком, он напряженно о чем-то размышлял. Лицо начальника пошло пятнами, а глаза беспокойно бегали, не задерживаясь ни на чем подолгу.

 – Срочная депеша в Гридбайр? – вымученно спросил он, остановившись.

Я подумал и кивнул:

 – Можно сказать и так.