Время истины (Маг для особых поручений 4)

«Черные сердца» с гиканьем и криками ринулись в атаку. Лошади пошли галопом, постепенно наращивая скорость.

Пикинеры ощетинились кольями, сотники и десятники завопили во всю мощь глоток, подбадривая своих людей. 

От топота двух тысяч копыт содрогнулась земля. Казалось, что на ополченцев несется взбесившаяся темная лавина, остановить которую не по силам человеку.

Бойцы первых трех шеренг баталии вспотели от напряжения, стиснули свои колья-пики так, что побелели костяшки пальцев, а ноги оцепенели на тупых, вбитых в землю концах пик.

Остальным – алебардщикам и стоящим на телегах в центрах баталии арбалетчикам – было немного легче. От несущейся кавалерии их отделяла живая стена пикинеров.

Впрочем, часть арбалетчиков – тех, кто показал себя отменными стрелками, Чесман поставил в первый ряд среди пикинеров. Они должны были дать первый залп по набегающей коннице, а затем отойти в центр баталии к остальным стрелкам.

Хуже всех пришлось тем пехотинцам, которые были приставлены к «палисаду». Они сейчас находились в пятидесяти шагах впереди пикинеров, и вражеская конница неслась прямиком на них.

Один из ополченцев не выдержал, дернулся бежать, но второй резко ухватил его за руку, рванул к себе:

– Куды?! А ну, стоять! Вернее, сидеть! Голову-то не высовывай, остолоп, а то наши же стрелки тебе ее и отстрелят.

Словно отвечая ему, просвистели несколько болтов из правого края баталии – у кого-то из арбалетчиков не выдержали нервы, и они спустили тетиву, не дожидаясь команды. Десятники тотчас заорали: «Не стрелять, Ротраново семя!», останавливая остальных стрелков.

Чесман досадливо поморщился – напрасные выстрелы! Ни один из болтов так и не попал в цель. Хотя тут не болтов жалко, а времени, которое нужно на перезарядку арбалета. 

– Ждать! Не стрелять! – орали десятники.

Чесман не сводил взгляда с приближающейся конницы врага, ожидая, когда первые ряды всадников пересекут невидимую, пристрелянную арбалетчиками линию на расстоянии в сто шагов от баталии.

Еще немного… Всего несколько биений сердца и… 

– Команду стрелкам! – приказал Чесман флейтисту.

Чистый громкий сигнал разнесся над полем. Его подхватили и озвучили глотки сотников, а затем и десятников:

– За-а-алп!!!

Три сотни болтов вспороли воздух. С хищным чавкающим звуком они вонзились в щиты, ударились о металлические доспехи. Часть болтов, помолотив по броне словно град, отскочила в сторону, а часть пронзила доспехи, впиваясь в человеческое или лошадиное тело.