Последний реанорец. Том VII

‒ Если бы мы туда не полезли, ты бы…

‒ Хватит, Алиша, меня это начинает утомлять, ‒ вкрадчиво и с лёгким холодком изрёк я, нежно коснувшись подбородка девушки и мягко его приподнимая, чтобы встретиться с ней взглядом. ‒ Сильно скучала?

‒ Безумно… ‒ горько сглатывая закивала княжна с расцветающей улыбкой на губах, а после робко протянула свою руку к моей голове, пальцами касаясь осунувшегося и исхудавшего лица. ‒ Безумно сильно…

Стоило склонить голову гораздо ниже, как Алина резко привстала на носочки и со страстью припала к моим губам в долгом и затяжном поцелуе.

‒ Спасибо, ‒ тяжело дыша и шепотом, проговорила девушка, глядя мне в глаза, а затем, прикрыв веки, головой прижалась к груди. ‒ Спасибо, что вернулся.

‒ Хельга говорит, что ты и Прасковья часто меня навещали? ‒ между делом полюбопытствовал я, мягко прижимая тонкий девичий стан к себе.

‒ Да, ‒ со счастливой улыбкой в голосе призналась девушка, которая моментально поблекла. ‒ Куня считает себя виноватой. Ведь это была её идея.

‒ Алиша, достаточно, ‒ со слабым раздражением изрёк я, начиная злиться.

‒ Для нас много утекло, но никак не для тебя, ‒ грустно усмехнулась Трубецкая, продолжая ласкать моё лицо пальчиками. ‒ Она до сих пор не может простить себя за это.

‒ Полнейший вздор!

Но миг спустя глаза девушки вновь странным образом отчего-то угасли.

‒ Случилось еще что-то, о чем я не знаю? ‒ нахмурив брови, спросил я.

‒ Мои матери… ‒ тревожным тоном начала Алина. ‒ Мои матери узнали, что я… утратила своё целомудрие.

Акинфов и Аксаков? Два эти прощелыги никак не угомонятся? Кто там чего-то требует? Замуж? Хотя, ладно. Сам виноват. Долго отсутствовал.

‒ Твой дед и отец… Они…

Однако договорить я не успел, потому как пришлось быстро отстраниться от Алины, и пару секунд спустя двери кабинета вновь отворились, а за проёмом замаячило сразу два женских силуэта.

‒ Чего изволит его пребла…

Правда, на полуслове магиня прервалась, ведь в этот самый момент произошло сразу несколько непредвиденных инцидентов.

Во-первых, рядом с воротами резко и со свистящим звуком тормозов остановился очередной и всего один единственный автомобиль с гербами рода Трубецких.