Maximus Rex: О.Р.Д.А.

Если упоминать об этом, то придется говорить про причину… в общем, совсем нет желания откровенничать, выворачивая наизнанку прошлое. А врать не хочется.

– Тебе джинсы постирать? – негромко спросила Марина.

– Да нет, спасибо, – ответил я, подумав. – Не высохнут до утра.

– Грязные же.

– Это ж грязь, не химия. К утру засохнет и само отвалится.

Некоторое время мы провели в тишине – нарушаемой лишь завыванием вьюги за окном. Марина опустилась от изголовья, свернулась калачиком и накрылась почти с головой.

Спать что ли собралась? Похоже на то.

Сам я, несмотря на утомление, понимал что не засну. А Марина, похоже, оптимистка.

Минута шла за минутой, и судя по приподнимающемуся равномерно одеялу, она все же заснула. Ну надо же, мне бы подобное спокойствие. Тихо поднявшись с кровати, я сходил к рюкзаку за ритуальным кинжалом, прошел к окну и сел на широкий подоконник.

Как и говорила Доминика, сделал небольшой надрез на запястье. Морщась при этом – очень не люблю колюще-режущее воздействие. Для меня кровь на анализы из пальца сдать даже еще то испытание.

Разрез делал вдоль, положил на него клинок и сжал рукоять. И ничего не произошло.

Сначала ничего не произошло – чуть погодя в голове загудело, кожу по всему телу начало покалывать. Я напрягся, словно в кресле у стоматолога в момент перед тем, как жужжащий бур вот-вот коснуться зуба. Запястье неприятно стягивающе потянуло – кинжал словно принялся всасывать в себя кровь. По лезвию побежала алеющая кайма, до этого не видная, глаза сплетенных змеек загорелись ярким отсветом, а багряный рубин в рукояти буквально засиял.

– Вот и все, а ты боялся. Даже разум не помялся, – раздался знакомый голос демонессы.

При этом звучал голос совершенно по-иному, не так как я привык. Звучал как будто так, словно она разговаривала со мной «не из моей головы», а стоя где-то рядом.

– Примерно так оно сейчас и происходит, – снова сказала демонесса.

Обернувшись на звук голоса, я увидел ее.

Доминика Кристина не-помню-как-там-дальше-какая-то маркиза сидела боком на софе, согнув одну ногу и обхватив руками колено. В отличие от нашей встречи на поляне жертвоприношения, когда она лежала на земле с кинжалом в груди, выглядела демонесса удивительно живой. Кроме того, сейчас она была одета: обтягивающая ноги плотная и блестящая черная кожа штанов, высокие, выше колен, сапоги, широкий пояс с металлическими заклепками.