Эльфийская сага. Изгнанник

Что он делал неподалеку от Черноземья, пленник не сказал, но когда его доставили в Горгано, под пытками признался, что вез лунную ртуть в Эбертрейл. К ведьмам его якобы отослал учитель – чародей Алиан. От колдовского зелья он, конечно же, избавился. Бросил с обрыва за минуту до того, как гоблины его схватили. И еще, мой господин, он назвался Грозовой Стрелой. Другого солнечного в тюрьмах Горгано с таким именем нет.

Густые ресницы Габриэла лениво прикрылись. Тяжелые прогорклые запахи, которыми пропиталась дешевая забегаловка, раздражали утонченную натуру темного эльфа, сбивая с мыслей, как орочий удар.

- Барад манаг симана загад хамнамаран!

Его спутник с невозмутимым видом набивал табаком трубку из белой кости с длинным серебряным мундштуком в форме ладьи. Чиркнуло огниво, и папироса дыхнула клубочком синеватого дыма, дополнив феерию режущих горло запахов.

- Лорд? – Опасливо позвал доверенный. – До Горгано сутки пути. Если прикажете, я тот час вышлю письмо. К нашему приезду солнечный эльф будет скован кандалами и готов к отбытию.

- Нет.

Габриэл распахнул глаза небесной чистоты и посмотрел на руку, опущенную рядом с позолоченным кубком. Точнее, не на руку, а на кольцо на указательном пальце левой руки. Вырезанное из черного камня, оно сверкало печатью древнего эльфийского рода; по переплетениям эбонитового дракона и змеи из лунного камня текли капли яркого солнечного света, бьющего сквозь мутные витражи.

- Нет? – Полукровка потянулся к вину, его начинало колотить.

Главнокомандующий молчал с отстраненно-холодным лицом, и все что осталось Хилому - изо всех сил молиться Иссиль, чтобы его не вычеркнули из плана за ненадобностью и не отправили в Арву Антре прежде срока, точно старого и блохастого пса, поднадоевшего хозяину.

- Поедем в Горгано тайно, - сказал Габриэл, не сводя взора с кольца, отражавшего тусклый свет.

Густое рубиновое вино, блестевшее в кубке, темный эльф так и не пригубил.

* * *

В конюшне, залитой светом ламп, было душно и пахло сеном. Габриэл вывел кохейлана из стойла. Во дворе его дожидался полукровка, седлал вороного мохноногого дестриэ - как сговорились, с последним лучом они отбывали к ущельям.

Приглушенные звуки борьбы заставили парня вскинуть голову и навострить уши. Снаружи кто-то боролся против нескольких противников.