ЧОП "ЗАРЯ"

Разглядел Настю, на какой-то своей волне пританцовывающую с закрытыми глазами.

Отбросил мысль бежать к ним, чтобы не втягивать в разборки, и резко свернул в переулок. А оттуда в следующий, перебежал улочку, юркнул в узкий проход, перескочил через школьный забор, стараясь оторваться.

Но погоня только расширялась. Как снежный ком, орда обрастала все новыми участниками. Какой-то дрищ цепанул меня метлой и тут же в плечо прилетел кончик лома. Спину словно током прошибло, заскрипел порванный пуховик, но удар только прибавил мне скорости.

Под визг тормозов и истошный гудок клаксона выскочил на Гоголевский бульвар, растолкал стоящих на светофоре прохожих и налетел на чей-то капот. Отмахнулся, что цел, и побежал в сторону Арбатской. Добежал до Знаменки, но повернуть не смог — там уже встречали ордынцы, оттеснив меня вниз в сторону Большого Каменного моста. И, как назло, ни одного мента, одна машина гайцов и те смотрят в другую сторону. А сзади уже опять слышны крики воинства Бахрама.

Сориентировавшись, я побежал по Знаменке, планируя разогнаться по прямой до Моховой, а потом до библиотеки со входами сразу в три метро, где был шанс потеряться в толпе, да умчать на поезде.

Я уже несся мимо Дома Пашкова, оббежав по газону вещавшего экскурсовода и стайку туристов, как меня сбили с ног. Мелкий гаденыш хоть и пыхтел, обливаясь потом, но догнал, метнув мне в спину черенок от лопаты. Я покатился кубарем, налетел на ограждение и впечатался лбом в фонарный столб.

Черт, больно же! Кепка частично смягчила удар, но все равно в глазах брызнули искры, а сквозь гул в ушах послышался испуганный вопль женщины-экскурсовода, вроде даже свисток и кряканье мигалки.

Я попытался проморгаться, глядя на старую громадину архитектурного памятника, но колонны устроили хоровод то растягиваясь, то шатаясь. А с крыши здания в нашу сторону неслась странная черная туча.

Какая-то сердобольная женщина пробовала меня поднять, спрашивая по-английски, все ли у меня в порядке. А я не мог отвести взгляд от летящих по воздуху темных искрящихся комочков.

Неужели сотрясение и это первые глюки? Или это всего лишь птицы или насекомые, а воображение рисует не пойми какую хрень? Внутри все вопило об опасности. На границе зрения мялся Бахрам, не решаясь устраивать разборки в толпе, но страшно было не из-за него.

Что-то иррациональное на границе паники и адреналина скреблось по позвоночнику, вызывая волну обильного пота. Черная туча приближалась, толкая перед собой поток морозного ветра.