Сто одна жизнь. Пешка.

Ладно, не будем оскорблять вход в последний храм мертвого бога, будем называть это отверстие в земле — лазом. На вход оно не тянет никак.

— Темнеет, — констатировала Клара очевидную вещь, с вожделением глядя на темнеющую в кустах дыру.

— Ночью не пойдешь, — вздохнул Горди. — Отдохнешь сегодня, выспишься, поешь, как следует и с рассветом и двинешь.

— А зачем утра-то ждать, — я поморщился, глядя на дыру. — Там что днем, что утром, что ночью, все одно, темно как в заднице.

— А ты там бывал? — Клара отвлеклась от созерцания дыры, и заинтересованно уставилось на меня.

— В заднице?

— Так в моем мире говорят, — отмахнулся я, пропустив мимо ушей нотки насмешки в ее голосе.

— Какой интересный у вас мир, — засмеялась она, активно строя мне глазки. — Надо будет побывать там, посмотреть, послушать, что еще говорят.

— Много чего, но вот боюсь, тебе это слышать не понравится... — я подавился словами, едва не сорвавшимися с языка. — Чего? Как ты в мой мир собралась?

— Вернешься — расскажу, — ее личико расцвело широченной улыбкой.

— Врешь опять, — я отвернулся. — Очередную подделку состряпала.

На сей моей фразе диалог и угас.

Горди разложил костер из таблетки, достал из воздуха мясо, нанизал его на тонкие палочки и сунул в огонь. Я же молча, материл себя, на чем свет стоит, вот почему же я не догадался, прикупить в лавке хотя бы парочку таких огненных пилюль. Ведь черт его знает, куда я завтра полезу, черт его знает, что будет там, как там будет темно и сыро. А этот костерок, можно и под дождем разжечь, если верить гаргулу.

— Еще такие таблеточки есть? — спросил я.

— С собой взять хочешь? — прищурился Горди.

— Очень хочу.

— Насыплю, не волнуйся.

— Насыплю? — переспросил я. — Погоди, что значит, насыплю?

— Дам тебе с десяток, думаю, хватит, — равнодушно поворачивая палочки с мясом, отозвался он и сквозь огонь посмотрел на меня. — А ты что думал ты туда на один день пойдешь?

— А на сколько, по-твоему? — я почувствовал себя, мягко говоря, обманутым.

Сильно так обманутым и причин на то у меня было много.

Первая, в том, что мне об этом раньше никто не сказал. Вторая в том, что они об этом знали заранее и все предусмотрели, собрали меня, пока я бегал от обезьяны и искал наемников убивших меня. Ну, и третья, чего я там в этой дырке делать-то несколько дней буду? Я покосился на провал под камнем, нет, не производит она впечатления чего-то большого. Я вздохнул, припомнив пару широко известных мне компьютерных игр.