Выход Силой

- А-ну, расступись, - уже догадываясь, что сейчас увижу, и внутренне дрожа от предвкушения чуда, решительно шагнул сквозь толпу зачарованного народца к темнеющей полынье.

Маленький. Уже не детеныш, но и не взрослый. Подросток. Голова – с комод, а сам, наверное, не больше десяти саженей*. Не чета тому, громадному, древнему, что прекращением своего существования, наделил меня Силой. И все-таки, самое настоящее волшебное чудовище, способное заменить в нашем озере, потерянное волею Бога, существо.

/* 1 сажень = 3 аршина = 7 фут = 48 вершков = 2,1336 метра/

Морской змей, невесть, как проделавший гигантский путь в тысячи верст от северных морей, до Берхольма.

Водяной дракон, словно сошедший с герба моего Рода, и пригревшийся на теплом, весеннем солнышке. Понятно, что связывало это жадное до магии животное с ниссе: дикая тварь вытягивало с них саму их магическую суть, и как бы инстинкт самосохранения не требовал бежать от опасного монстра, подавляющая и завораживающая мощь дракона не давала дивному народцу уйти!

- Это он что ли хозяин и защитник? – хмыкнул я.

– Вот этот полудохлый червяк?

- Нидхёгг*! – завопили мелкие ниссе почему то на стародатском. – Хозяин и защитник истинного народа! Поедатель убийц, прелюбодеев и клятвопреступников!

/* дракон Нидхёгг поедает только трупы тех, кто нарушил закон – убийц, «совратителей чужих жен» и клятвопреступников. При этом этимология древнеисландского слова «Níðhǫggr» не имеет однозначно доказанной трактовки. По одной версии оно переводится как «пожирающий трупы», по другой – «черный дракон», согласно третьей – «обитатель подземного мира».

/

- Да ну, какой из него Нидхёг, - смело подходя к самой воде, снисходительно протянул я. – Ниддик. Малыш. Личинка дракона.

Подавлять и кормить – вот и весь секрет в приручении подобных существ. Кнут и пряник. Сразу показать: кто здесь хозяин, и после - дать ему то, ради чего он плыл тысячи верст непривычно пресными водами. Поделиться Силой. Чтоб боялся, и не мог уйти от этакой-то вкуснятины.

У предка это получилось, почему не должно было выйти у меня?

Выпустил дар узким лучом. Не хватало еще развоплотить соседушек – кто тогда станет убираться у меня в комнате? Полоснул серой мутью, словно кнутом, поперек здоровенной морды. Не знаю, способны ли рожденные волшебством твари испытывать боль, но в один миг лишившись хорошего куска с таким трудом добытой Силы, заставило чудовище прямо-таки взбелениться от ярости.