Путь к свету

Наличие опасности, столь непривычной для моей прежней жизни, заставило постоянно носить мое дерево-железно-кожаное обмундирование. Кошке это не нравилось. Мне тоже. Особенно досаждал щит, заброшенный за спину и непрерывно пихавшей меня то в лопатку, то в позвонок.

К счастью, кухня была рядом. Тивон в поте лица трудился, на скорую руку готовя похлебку. Вечное копченное мясо, коренья и, судя по всему, перловка должны были составить наш обед.

Нам повар обрадовался.

- Господин, госпожа! – обратился он ко мне и к кошке как к разумному существу.

- Я оставит с утра немного каши и сейчас покормлю знак волшебства, пока не сварится обед.

От голода Мявка не пропадет. Я поставил ее на землю. И тут она удивила всех, вдруг рванувшись куда-то в сторону, там, где одна из телег была частично разгружена на землю, а Одон ремонтировал снятое колесо. Среди мешков раздался тоненький писк и показалась торжествующая кошка с каким-то животным. Зверюга была размером почти с Мявку и ей пришлось тащить добычу волоком. Наконец, она подтащила его ко мне, положила у ног, села рядом, глядя куда-то вдаль.

Ждет похвалы, - догадался я. Присел на корточки, погладил по голове, умильно казал:

- Ай, какая ты у меня хозяюшка, кормилица! Продукты мне добываешь, кормишь. С голоду бы я помер без тебя.

Мявка довольно заурчала, лизнула в руку.

Пойманная тушка выглядела подозрительно.

- Кто это, - спросил я суетившегося повара.

- Домарг, - в сердцах плюнул повар. – Твари, все жрут, отвернешься, из-под носа уволокут продукты.

Со слов повара я понял, что это подобие местных крыс. Что ж, противный вид соответствовал внутреннему содержанию.

Повар поклонился кошке.

- Спасибо, достопочтенная кошка, не зря свой хлеб едите. Эти клятые домарги нас без еды и товаров оставят, только вы и спасаете.

Слова повара Мявка восприняла по-королевски небрежно. Очевидно было, что признавала она только меня. Приятно!

- Кушай, малыш, - предложил я.

Мявка облизнулась в предвкушении обеда, но в затруднении замерла. С точки зрения человека выбор между кашей и крысой не представлял трудности.

Конечно, каша! Кошке такой подход принципиально не нравился. Подсохшая каша никак не сопоставлялась со свежей дичью. С кровью! Еще горячая! Трудность для Мявки была одна – мясо уже неосмотрительно подарено хозяину. Это понимал даже маленький зверек и теперь жалобно поглядывал на меня.

- Ешь, Мявка, - я приглашающе поднёс ее к крысе. Кошка не стала кочевряжится. Она заурчала и вонзила свои зубы в добычу.