Боги как люди

Тир-Ларит, как и любой уважающий себя крупный город, встретил путников суетой, бьющей со стороны рынка музыкой и шумом – пусть даже несколько утомлёнными и постепенно утихающими. Ведь день уже кончался, улицы стихали, а всё веселье плавно переходило в залы трактиров и кабаков.

По мощёным улицам сновали альвы, которые при виде Евы и Эвана либо гордо задирали нос, либо презрительно цокали, будто бы это было всеобщий традицией. И всё же здесь люди встречались не так редко – приезжие купцы из Ардонской Империи и Баргрима стремились именно сюда.

Тир-Ларит был как раз той точкой, где они сбывали товар, а тот уже расходился вглубь королевства.

Путники заехали на уже весьма опустевший рынок. Теперь он был похож на шаловливого ребёнка, что весь день беспокойно шумел, гоготал и прыгал, а вечером медленно стих и задремал на руках матери… Не медля, Ева и Эван закупились оставшейся на прилавках едой – убийца чудовищ заявил, что это в разы выгоднее, ведь в трактирах им, людям, будут завышать цены «до потолка».

И разумеется, Эван негативно отнёсся к идее Евы «пойти поискать дешёвый трактир на окраине», недвусмысленно намекнув, что в альвийском государстве лучше лишний раз не экономить. Девушка начинала понемногу понимать сущность «гостеприимного» Наскутона.

Путники проехали по виляющей улице, недалеко от возвышающегося в центре замка, построенного мастерами-архитекторами из чёрного кирпича. Наконец, отыскали крупную таверну, на вывеске которой был изображён клыкастый, собравший глаза в кучу боров.

Спрыгнули со скакунов, размяли ноги, с предвкушением ожидая тёплой еды и мягкой постели.

— Возьми меч с собой. Только особо им не свети, — посоветовал Эван, открепляя оружие от седла.

Он одарил альва-конюха деньгами в разы щедрее, чем это делала Ева ещё в Империи. Серокожий принял их как должное, а в благодарность, видимо, не выказал привычного презрения. Эван же внимательно проследил, чтобы тот правильно распорядился с его любимым Бакланом и кобылкой спутницы.

Лишь тогда двинулся ко входу.

Таверна встретила их теплом, шумом и аппетитным запахом пищи, что приносил валящий из кухни пар. Постояльцы уже вовсю веселились: серокожие барды играли заводную музыку, успевшие принять выпивки альвы плясали под руку с хохочущими альвийками. Кружки дружно стучали о столы. В углу сидел толстый усатый человек-купец и удовлетворённо курил трубку, бегая вокруг блестящими глазками.