Осколок вечности

— Господин маг, — робко заговорил он, — не могли бы вы уделить мне несколько минут вашего времени?

Курт поднял на трактирщика взгляд.

— Говори, — разрешил он.

— Дело в том, — начал трактирщик, переминая с ноги на ногу, — понимаете, господин маг, у меня сынишка, Лебко совсем плох, болеет, мы его и в город возили и местной знахарке показывали, только не знает никто, что с ним, может посмотрите?

Курт тяжело вздохнул, в лекарском деле он почти ничего не смыслили, знал лишь на память несколько заклятий для остановки крови, да для заживления мелких царапин.

— Что у него болит? — спросил Курт после короткого раздумья, обещать трактирщику помочь он не решился.

— Ничего у него ничего не болит, а только загинается мальчишка — не ест, не пьёт, а всё лежит да в стенку глядит, мы его и так и эдак и силой пробовали, да только всё не в коня корм, тает на глазах.

— И давно это с ним?

— Почитай месяца два назад началось, сначала просто квёлых ходил, а потом совсем ослаб, слёг.

По щекам трактирщика катились слёзы, он не обращал на них внимания, а умоляюще смотрел на Курта, тот молча думал.

— Лекарь что говорит?

— А ничего он не говорит, — махнул рукой трактирщик. — Говорит, что здоров мой Лебко, да как же здоров, ежели на глазах загинается паренёк? Сказал, что никакой хвори нет, дал отвар, но не помогает отвар.

— А другие дети есть у тебя? — прервал Курт трактирщика.

Трактирщик отрицательно покачал головой, потом нерешительно добавил:

— Трое было, два пацана и девчонка, да только в младенчестве умерли они и до года не дожили, Лебко тоже по младенчеству болел много, да только выходили его. Наша знахарка помогла. А вот на шестом году такое приключилось.

Курт задумчивым взглядом пробежался по лицу трактирщика, потом пробарабанил по столу нестройную мелодию:

— Надо смотреть, — решился он, — но сначала принеси поесть, заодно подумаю.

— Я заплачу, господин маг, у меня деньги есть, — умолял трактирщик.

Курт недовольно поморщился:

— Прекрати! — хлопнул он ладонью по столу. — Сначала мы посмотрим мальчика, а уж потом о деньгах говорить будем. А теперь неси еду.