Осколок вечности

— Прошу вас, у меня семья, — вновь взмолился арбалетчик, по его заросшему лицу бежали слёзы — у меня двое прекрасных детей, они погибнут без меня. Отрубите мне ногу, руку, что угодно!

Два других разбойника безучастно наблюдали за происходившим.

Курт безразлично пожал плечами:

— Ты сам выбрал свой путь, вчера вы пытались обдурить меня в карты, сегодня ограбить и убить. Думаешь, за это я должен тебя отпустить?

— Я молю, господин маг, клянусь, что больше я никогда не сверну с праведного пути, клянусь всеми богами.

Курт посмотрел на главаря и второго бандита:

— А что скажете вы?

— Мы тоже клянёмся, господин маг, — сказал второй бандит.

Главарь молчал, он исподлобья смотрел прямо в лицо Курту, ненависть в его глазах выплёскивалась через край.

— Я клянусь, — наконец, сказал он.

Курт открыл книгу и пролистал несколько страниц.

— Слова порой имеют очень большое значение, а порой они не значат ничего, ваши клятвы сейчас ничего не значат, но я помогу вам.

Он перевернул ещё несколько страниц и торжественно воскликнул:

— Вот оно! — лицо мага приобрело зловещий вид, — сейчас вы повторите свои клятвы, а магия придаст этим словам силу, если вы нарушите её, то умрёте в тоже мгновение, а ваши потомки будут прокляты на семь колен.

Разбойники поднялись с земли и встали перед магом, барон предусмотрительно встал позади них, клинки в его руках подрагивали, готовые в любой момент пуститься в атаку.

— Повторяйте за мной, — приказал Курт, — Я, имя клянусь

— Я, Маркус, клянусь, — с облегчением выпалил несчастный отец двух детей.

— Я, Герберт, клянусь, — почти одновременно с ним сказал второй напарник главаря.

— Я, Забур, клянусь..., — спустя минуту сказал главарь.

— Что никогда в жизни не нарушу закон и буду законопослушным гражданином.

Три голоса повторили за волшебником и Курт начал читать заклятие:

— rismau tissagit, erefug anstor lumcae et dole ramter ectedir!

Он ударил посохом о землю и прямо в воздухе над головами разбойников закружил рой золотых искр, от неожиданности разбойники сели на землю, закрыв головы руками.

Курт рассмеялся.

— Вот и всё, господа, а теперь выворачивайте карманы, доставайте кошельки и валите на все четыре стороны. Это плата за причинённые неудобства, — пояснил Курт барону.

— Я всё понимаю, — усмехнулся барон, убирая клинки в ножны.

Разбойники быстро опустошили карманы и в руках Курта оказалось три золотых мелочью.

— Негусто, — с подозрением посмотрел он на главаря.