Нуониэль

Он подошёл к комоду у дальней стены, открыл дверцу и достал оттуда разделочную доску, на которой лежал нож и прямоугольной формы каменный брусок. Белый брусок, сточенный ножом с одного из краёв, был аккуратно обёрнут льняной тканью. Вернувшись к столу со всем этим, фей снова сел.

— Моё имя Чиджей Энатан Арей-куле и я тафири в месте под названием Эралин Гурий Тохэ, — говорил фей, аккуратно разворачивая каменный брусок. — Это всё странно вам, но мой мир — это не ваш мир.

— Я называю своего друга Чиджей, — начал Лорни, понимая, что спутникам сложно разобраться в том, что говорит хозяин хижины.

— Мы знакомы уже несколько лет. Всё началось с того, что я отчаянно пытался найти путь на вершину скола. Тогда я воспользовался «звёздной наблюдальней», чтобы отыскать дорогу сюда. Так же, как и Тимбер Линггер, через «дальнозор» я увидел это место. С тех пор я каждое лето прихожу сюда, а к зиме возвращаюсь обратно вниз. Вот и в этом году всё лето я провёл тут. Месяца не прошло с тех пор, как я вернулся в Дербены. Потом вы нашли меня и вот, я снова тут.

Фей Чиджей взял нож и стал скоблить им по каменному бруску. Под ножом росла горка белой пыли.

— Этот камень — часть Гранёной Луны, — спокойной сказал Лорни. Люди насторожились. Воська, Закич и Молнезар даже вскочили со своих мест. — В мире Чиджея Гранёная Луна не считается чем-то злым. Наоборот — она несёт добро. Чиджей использует порошок из камня, чтобы усилить действие отвара идэминеля.

— Господин Тимбер Линггер это выпьет? — подал голос бывший слуга жрецов Ейко, сидевший в самом углу и наблюдавший за всем такими удивлёнными глазами, что, казалось, они сейчас выпрыгнут наружу.

— Да, и я думаю, что он сможет говорить гораздо дольше, — ответил Лорни.

— Дольше! — радостно повторил последнее слово скитальца фей. Он взял кусочек ткани, сгрёб на него порошок, а потом, сложив ткань вдвое, аккуратно засыпал всё в бутылочку с отваром.

— Это покажется странным, но почему-то Чиджей не совсем понимает такие вещи как долго, быстро, завтра, день и ночь, — заметил Лорни.

В этот момент нуониэль взял бутылочку, потряс её и выпил отвар. Он кашлянул и вздохнул с открытым ртом, издав свободный звук «Аа!»

— Феи не знают, что такое время, — заговорил Тимбер Линггер чистым голосом. — Хотя рождаются, живут и умирают, как мы. Они видят мир, будто рыбы в озере, где вода не течёт, а стоит. Посадите фея перед окном ночью, и он не увидит, как наступит день.