Нуониэль

— Допросим его и этого скитальца по отдельности. Потом сравним рассказы.

— Думаете, этот Лорни бывал в горах?

— Не переживайте так, господин Вандегриф, там всего лишь разбойники. Два дня тому назад мы на пáру уложили две дюжины этих мерзавцев.

Вандегриф не стал спорить с другом о том, кто именно уложил мерзавцев: он уже успел понять норов Ломпатри и его отношение к простолюдинам.

— Как вы считаете, господин, отчего этот паренёк сбежал от жрецов? — спросил черноволосый рыцарь.

— Кто знает, что в голове у этого парня.

Впрочем, не думаю, что он долго протянет.

— Паренёк сгорает от нетерпения поговорить с вами.

— Вы ещё молодой сюзерен, господин Вандегриф — но со временем вы поймёте, что если уделять время каждому холопу, который хочет с вами поговорить, то и жизни не хватит.

— Хотите, чтобы я сам выведал, зачем он вас разыскивал?

— Да что уж там, всё равно сидим.

Вандегриф кликнул Навоя и тот подвёл к рыцарям Ейко. Парень выглядел гораздо лучше, чем утром, но ещё сильно боялся.

— Имя!? — бесцеремонно начал Ломпатри.

— Меня зовут Ейко и я слуга уважаемого жреца Наимира, — ответил парень.

— Зачем сбежал, холоп? — грозно спросил Ломпатри.

— Я не хотел. Простите. Я ведь думал, что оно так и есть, как сталось, но жрец…

— Что ты там бормочешь? — прикрикнул на него Вандегриф. — Говори прямо!

— Уважаемый Наимир сказал неправду.

— Он снова за своё! — закричал Вандегриф и в порыве гнева вскочил со стула. — Утром говорил то же самое: гнал напраслину на уважаемого.

— Тебя за это повесят, слуга Ейко, — заметил Ломпатри, которого этот разговор начал забавлять.

— Жрецам нельзя говорить неправду. И если кто-то делает обвинение, которое делаешь ты, ему потребуются очень серьёзные доказательства, чтобы сохранить голову на плечах.

Разговор рыцарей со слугой привлёк всеобщее внимание. Только Лорни продолжал помешивать варево и заглядывать под крышку котелка.

— Я убежал, потому что не мог больше так! — тараторил Ейко. — Всех голубей, которые прилетали к нам на башню старого храма, ловил я.

Никогда в жизни я бы не подумал читать те послания, которые доставляли жрецам. Да я и читать, по правде, не умею; только две буквы знаю. Но я слышал, как Наимир иногда диктовал уважаемому жрецу Печеку послания в форт. Но там ничего интересного для вас: всё про разбойников и деревни, а ещё про штольни. Не знаю, что это значит, но про это они много говорили. А однажды разбойники привели к нам детей.

Когда Ейко заговорил о детях, всеобщий интерес усилился.