Нуониэль

Вандегриф тоже смеялся, но отказ Ломпатри выпить именно за старика, а не за то, что рыцарь от этого человека получает, оставил дурное послевкусие.

Брага выплёскивалась из кружек, кулаки стучали по коленкам, слёзы брызгали из глаз. Но вскоре все утихло. Лица крестьян снова стали хмурыми. Ломпатри пришёл в недоумение; он всё ещё желал веселиться. Он смотрел то на одного крестьянина, то на другого, но все они отворачивались. Только Молнезар, поначалу всё глядящий в костёр, посмел взглянуть на Ломпатри.

— Всенежа, она мне стул отодвигала, когда я к обеду оборачивался, — сказал молодой парень.

— Дивная она.

— Помнится мне, у дома Мондов подобный обычай в ходу, — сказал Ломпатри.

— Нет, господа Монды, никогда так не делали, — ответил Вандегриф. — Все их обычаи сводятся к почёсыванию живота и зеванию перед тем, как лечь спать.

— Не лестно же вы отзываетесь о своих родственниках, Вандегриф. Если мне не изменяет память, ваша двоюродная сестра была выдана замуж за Квиника.

— Квиник такой же Монд, как я Сельвадо, — отмахнувшись, сказал Вандегриф.

— Кроме него самого, Мондом его никто и назвать не решается. Разве, что только вы. А на самом деле Монд была только его бабка, да и то по матери.

— В вашем положении, господин рыцарь, я был бы рад любым связям с именитыми домами, даже таким незначительным, — заметил Ломпатри.

— Мне достаточно связи с правителем Айну, даже не смотря на то, в каком он сейчас положении.

— Это положение скоро изменится, — сказал Ломпатри, и стал копаться у себя за пазухой.

Он долго не мог достать оттуда то, что хотел, и вскоре даже поставил кружку на землю, чтобы помочь себе.

— Подземные твари, этот тайный карман всё никак... — бубнил он, копаясь за пазухой. — Как только я подойду к границе Атарии и предъявлю королевскому кордону это, — он наконец вытащил из тайного внутреннего кармана футляр со свитком, — моё положение будет столь высоким, что я сам женю вас на дочери любого из господ.

— Уж уберегите меня от Мондов! Они просто наплевательски относятся к нашей отчизне.

Что ни девушка, отдают её замуж в Варалусию. Тамошние лорды скоро вешаться начнут от невест из Атарии.

— Вот с помощью вас мы это и исправим!

— Господин Ломпатри, вы вынудите меня остаться в Дербенах! — засмеялся Вандегриф.

— Ладно, господин Вандегриф, больше ни слова о Мондах. Замечу только, что многочисленные брачные узы этого дома с домами Варалусии укрепляют дружбу наших королевств.