Слёзы степи

– Выйдите все, кроме Рамаста, – сказал Огонг собравшимся. – Войны поклонились ему и все кроме одного вышли из юрты на улицу, так что в ней не осталось никого.

Огонг пристально посмотрел на Винили, которая стояла недалеко от костра, потупив взгляд в пол.

– Сними с неё одежду, сын мой, – обратился Огонг к оставшемуся войну. Тот сильно дёрнул за надетые на ней ветхие лохмотья и просто разорвал их, так что Винили осталась совершенно голая.

Огонг стал неспеша прохаживаться вокруг, пристально осматривая её тело.

– Я вижу на твоём теле много шрамов и следов прижигание, которые бывают от ранений, полученных оружием. – заговорил с ней Огонг. – Минимум пять хорошо заметных шрамов. При этом на твоём теле нет свежих синяков. Я знаю, что псы жестоки к своим рабам и не упускают случая бить их, но тебя явно регулярно не избивали. Псы морят своих слуг голодом, но по тебе не видно, чтобы ты голодала. Видно, что у тебя достаточно крепкое тело и ты сильна, чего бы не было, если бы ты регулярно не тренировала его.

У Винили ёкнуло сердце. Она совершенно не ожидала, что её так быстро и надёжно припрут к стенке неоспоримыми фактами. Да, всё так. Пытаться теперь выдавать себя за рабыню северян будет просто нелепо.

– Как ты оказалась в этом городе? – спросил Огонг, усаживаясь на находящееся возле костра седалище.

– Я отступила туда с отрядом асмин, которые сражались с вами вчера, – буркнула себе под нос Винили.

– Другие малкон тоже сражались вместе с ними?

– Нет, я была одна. Других малкон в городе нет, поэтому они и послали меня.

– Как ты оказалась среди них?

– Меня отправили с поручением к их командиру. Вышло так, что я замедлила, и осталась среди них. Мой терп отступил ночью, перед сражением, и я потерялась.

– Сколько терп было в вашем войске?

Винили замолчала.

– Почему ты молчишь? – спросил её Огонг спокойно.

– Двенадцать терп.

– И сколько из них малкон?

– Одиннадцать. Терп Асмин остался здесь и сражался с вами, он же и отступил в город.

– Зачем ты и пёс вышли за городские стены?

– Их повелитель послал его говорить с тобой, а меня переводить сказанное. Никто из них не знает нашего языка. Я не хотела идти, но они избили меня, и мне пришлось согласиться.

– Из какого ты племени?

– Вепайо.

Огонг напряжённо задумался, глядя на огонь.