Одаренные. Совет

Хозяин клуба обнаружился именно там, где она и предполагала. За его излюбленным столиком сидел Арсений, болтающий с какой-то девчонкой, по соседству с которой расположился Игорь. София мысленно скривилась. Если пророк вызывал у нее ровное, даже дружелюбное отношение, то иллюзионист порой выводил из себя немногим меньше Влада. Его отстраненное равнодушие. Будто бы правил в принципе не существует, и они не более реальны, чем его легкие иллюзии. Наконец, женщина перевела взгляд на свой главный раздражающий фактор – хозяина клуба собственной персоной.

Влад как раз заканчивал обжиматься с Лючианой, готовясь спровадить ее за столик. Значит, кого-то все же подцепил. София перевела взгляд чуть в сторону и наткнулась на объект его сегодняшних интересов. Мда… Мастер Случайности ее снова не удивил. Высокая женщина в костюме дорогой проститутки. Мастер Вероятности усмехнулась уголком губ и вновь посмотрела на Влада, который почти с детским восторгом сообщил:

– А теперь, когда к нам, наконец, пожаловал последний гость.

Хочу сообщить присутствующим, что Джозиас любезно уступил мне свое место в Европейском Совете.

Что? София чувствовала, как гнев, тщательно запрятанный с самого утра, поднимается ввысь, готовясь прорваться безобразным скандалом. Пусть она знала, что ее бешенство заметно лишь для тех, кто хорошо ее изучил, по слегка раздувающимся ноздрям и чуть более прищуренному взгляду, но в данный момент ее это слабо утешало. Если изначально женщина планировала только высказать Владу то, что она думает о его шуточках, то сейчас едва сдерживалась, чтобы не вызвать смертельную печать, и положить конец самому существованию мистера Случайность, как недоразумения.

И все-таки она сумела сдержаться. Девица в красном отошла к столику, вслед за Лючианой, когда София завершила свой путь и остановилась возле Влада, поворачивая пальцем его голову на себя:

– Хочешь сказать, что ты, действительно, это провернул? – она заговорила с ним по-чешски, зная, что никто другой не поймет их разговора.

– Когда я тебе врал, детка? – Влад перехватил ее руку, лизнув центр ладони.

– Пожалуй, мне придется продезинфицировать руку, – София брезгливо потрясла кистью. – Ты постоянно лжешь.

– Можешь убедиться, на мне печать, – мастер Случайности отошел к стойке, на которой висела его майка, и одним движением натянул ее.

София прищурилась, разглядывая собеседника. Надежда умерла, так и не родившись. На поле Влада красовалась свеженькая печать, скорее всего сделанная сегодня.