Код "Красный"

Но с Орочимару никогда не было просто — из темноты на опережение техникам бросились иные, готовые отдать жизнь за своего господина, слишком хорошо Сарутоби знал своего бывшего ученика, речи змея, его силу и изворотливость. В свете огня и молний люди Орочимару казались гостями из иных миров: обезображенные лица, измененные тела, лишь через несколько долгих томительных мгновений Сарутоби с ужасом узнал в них жителей Конохи.

Но сейчас не было времени на сожаления и ужас от содеянного, тьма становилась все темнее, словно миры в этом помещении начали постепенно сливаться, становясь чем-то новым, и это ощущение нарождающегося Хаоса влияло на всех без исключения.

— Katon: Gōryūka no Jutsu, — стихия огня заполонила пространство, пламя ревело, пожирая не успевших уйти с линии огня врагов. Пусть лица их казались знакомы, но Сарутоби понимал — они уже давно не были прежними. Крики боли и ненависти заполонили помещение, ставшее в едином моменте воплощением Джигоку. Сам же Хирузен ушел под землю, его интуиция уже не кричала — вопила, предупреждая, что еще несколько минут промедления, и последствия для мира будут необратимы.

Двигаясь сквозь камень, он не видел, как мир вокруг портала менялся, реальность трещала, не готовая к тому, что грядет с той стороны «окна». Не видел он и разрывов, пока еще небольших, в которые пролезет разве что ребенок. Сарутоби не привык отвлекаться, сейчас, когда сражение наверху набирало обороты, он минировал землю под порталом.

Сражение замерло, когда он вновь оказался на поверхности, едва заметный сигнал — и вот АНБУ бросаются врассыпную, подальше от установки портала, который станет эпицентром взрыва.

По земле потянулась вязь печатей, Орочимару в последний момент что-то почувствовал, но было слишком поздно. Взрыв. Пол древнего храма пошел трещинами, установка лишь усилила взрыв, по стенам и потолку били молнии, получившая свободу стихия бесновалась, а «окно», потеряв стабильность, начало схлопываться, всасывая в себя всех, кто оказался слишком близко.

Словно в замедленной съемке, Сарутоби видел, как тело Орочимару затянуло в портал, ломая как безвольную куклу, но на душе было неспокойно. Слишком большая концентрация чакры, чтобы принять на веру смерть бывшего ученика. Вскоре все затихло, умолкли крики, не трещали молнии и прогорело пламя, даже трупов не осталось, словно никогда и не было странной установки, открывающей дверь в темницу Мокушироку но Рю.