Монах с гитарой-1. Адаптант.

Главное здание Университета, частично прикрытое изумрудными мочалками вьющегося плюща, было внушительных размеров, как и подобает, быть главному учебному заведению в городе, и угнетало грузом накопленных знаний. Надо было искренне любить Университет, чтобы относиться к этому спокойно. Я Университет не любил.

Внутри самого Университета, как и снаружи, было пустынно. Отсутствовали и студенты и преподавательский состав. Если бы священник Евлан не указал мне точного местонахождения монаха Бертольда, пришлось бы потратить кучу времени на его самостоятельные поиски, блуждая по лабиринту многочисленных университетских помещений.

Брат Бертольд пребывал в гордом одиночестве в одной из аудиторий. Главной частью помещения была профессорская кафедра, отделанная дешёвым деревом, вероятно, с единственной целью подчеркнуть скромность научных деятелей. Напротив неё, от потолка каскадом спускались к полу многоярусные места для студентов. Сквозь узкие окна-бойницы, можно было с трудом рассмотреть газоны университетского парка, а напротив окон располагалась стена с несколькими дверьми и с подвесной террасой, тянувшейся вдоль стены на всём её протяжении.

Несмотря на то, что на улице было раннее утро и вовсю светило солнце, в аудитории царил полумрак, который никак не мог разогнать скудный дневной свет и помогавшие ему немногочисленные светильники, горящие внутри помещения. По углам лежали тяжёлые тени, а особенно отдалённые и недоступные для света части помещения кутались в вязкую тьму.

Залитый светом, монах Бертольд, стоял за кафедрой, в самой освещённой части аудитории, в огромных очках и рясе неопределённого тёмного цвета, сплошь покрытой разноцветными пятнами химических ожогов.

Останавливаюсь напротив изобретателя:

– Доброго времени суток! Я от отца Евлана, если тебе это о чём-то говорит.

– Приветствую тебя, брат! Значит этому идиоту всё же хватило ума, наконец, прислать ко мне хоть кого-то?

– Да, всё именно так, как ты говоришь.

– Лучше говорить то, что думаешь, чем думать о том, чего не можешь сказать.

– Тут даже и спорить не собираюсь, но давай перейдём к нашему делу.

Бертольд снял очки и тщательно протирая стёкла, заговорил:

– Всё дело в следующем. Моё изобретение даст огромные преимущества против своих врагов, любой стороне. Поэтому завладеть им постараются все, кто только об этом узнает.