Торнан. Книга II Последнее звено.

Чего тебе – людей, что ли не видал?

–Ты значит, спрашиваешь насчет девки с мечами?

–Ну? –Торнан подошел поближе.

–А кто ты вообще такой? – вчерашний раб презрительно сплюнул на пол, почти попав на сапоги Торнана.

–Уж и спросить нельзя, –Торнан сделал вид, что оробел.

–Она с господами, – рассмеялся другой слуга. Так что приходи завтра, сейчас господа заняты. И девка твоя тоже занята...

Северянин добродушно кивнув врезал ногой смеющемуся в живот. Затем, без разговоров, перегнулся через стол, и схватил оторопевшего старшего слугу за ворот войлочной куртки.

Публика лишь поворачивалась, поглядывала на драку, но не вмешивалась – видать, в славном городе Нуми, столице торговой республики Эграсса, люди давно отучились лезть в чужие дела.

Бывший раб лежал уткнувшись лицом в грязноватые доски; а нога капитана твердо стояла на его шее. Торнан вытащил у него из-за пояса клыч, и приставил к спине.

–За убийство холопа в Эргассе штраф в триста золотых, – со зловещей ухмылкой сообщил он. Как по мне – не такие уж большие деньги, за удовольствие пустить тебе кровь.

–Третья комната слева, господин, –жалобно простонал поверженный.

Дверь выглядела достаточно хлипкой. Поэтому, Торнан, еще раз вслушившись в пьяные голоса по ту сторону, не стал тартить время на попытки достучаться, а просто ее ногой. Посмотрел на качающийся на одном гвозде засов.

Глазам его предстала картина разгула, хаоса и веселья. В углу валялся перевернутый набок средних размеров бочонок вина ведра на два.

А вокруг стоявшего в середине стола собрались люди – богато одетые, по большей части молодые, и пьяные как та самая бочка. Обычная картинка –купцы, гуляющие после трудной дороги. Торнан напрягся. Купцов было не трое, и даже не шестеро, а под дюжину. Пожалуй, целый карван средних размеров. Сбоку на полу стол ларец, внутри которого поблескивал матово желтый металл и огоньки самоцветов.

Еще на полу валялись объедки и стояло блюдо с поросенком, в обнимку с которым валялся еще один –совсем «хороший», мирно посапывая.

А на столе под завывание волынки и бренчание дутара танцевала Марисса. На ней не было ничего кроме импровизированной юбки из пестрой шали, и сапог, правда грудь она кокетливо прикрывала ладонями.