Разбитые Очаги

Тварь задела Векрена длинной рукой, поперек его груди вспухли три темных борозды.

Сотник вскрикнул и рухнул на колени, а нежить уже разворачивалась для новой атаки.

Я лихорадочно соображал. Тварь была быстрой. Очень, очень быстрой. В Седом Заливе ее замедлило и дезориентировало пламя, но здесь у меня не было доступа к огню.

Зато был доступ к воде.

Перехватив глефу одной рукой, я с силой ударил раскрытой ладонью другой по каменной чаше. Так дети, играя в реке, пускают друг в друга искусственную волну.

Соленые брызги расплескались по мертвым костям.

Тварь сбилась с шага и покатилась по полу, бестолково размахивая конечностями. Подземную залу наполнил протяжный полувздох-полувой. Взвился в воздух пучок бестолково дергающихся позвоночников.

Не теряя ни мгновения и даже не пытаясь подняться на ноги, я ринулся вперед как был, в полусогнутом положении. Вытянулся в низком стелющемся прыжке — и вогнал лезвие между ребер, черепов, грудин, тазовых и берцовых костей. Туда, где в ужасающем подобии жизни билось среди фрагментов скелета мертвое сердце.

Вой усилился, заполнил собой все пространство склепа, возрос до такой силы, что казалось еще секунда — и лопнет, не выдержав, череп. А потом все стихло. Позвоночники дернулись в последний раз и опали. Тварь была мертва. На этот раз — окончательно.

Я вытащил глефу из кучи костей и бросил взгляд вглубь главного коридора. Ругнулся, заметив подол черного платья, мелькнувший на верхних ступенях лестницы.

Ушла.

Я встал, поморщившись от прострелившей колено боли — короткий бросок не прошел для сустава бесследно.

— Как ты? — спросил я сотника, быстро осматривая его раны.

Он бешено таращил глаза и, кажется, мало что понимал.

— Что?.. — выдохнул он.

— Ваша Опаленная делала этих тварей. Он некромант. Или некромантка, кому как нравится.

— Как?.. — он кивнул на упокоенную нежить.

— Вода оказалась намоленной. Вот же ушлая баба. И вашим и нашим, — я невесело усмехнулся и добавил: — Особо не дергайся.

Тот кивнул.

— Хорошо. Тогда перевязывайся и потихоньку иди на выход.

— А ты?

— А что я? У меня работа.

Я медленно похромал к выходу из подземелья. За прошедшее время я более-менее научился управляться со своим увечьем, даже свыкся с ним, почти не замечал. Нужно было просто привыкнуть переносить нагрузку на здоровую ногу. Немного тренировки — вот и весь секрет.