Разбитые Очаги

Он оторопело моргнул пару раз и вдруг улыбнулся. Покачал головой: — Это вряд ли, парень. Закон не велит.

Ну конечно, не могло быть все просто.

— Что за закон? — угрюмо спросил я.

— Указом Его Величества капитана любого корабля, подошедшего к берегам Кардаморта, ждет казнь, а команду — каторга. Так что езжай дальше, егерь, тут тебе ловить нечего.

Я немного подумал:

— Могу я все же подойти к кораблям?

— Взятку хочешь дать? — мгновенно раскусил меня солдат. — Ну давай, попробуй. Желаю удачи.

Он демонстративно отошел в сторону и сделал рукой приглашающий жест.

— Здесь какой-то подвох? — сощурился я, — Сделаю лишний шаг и меня скрутят?

— Никакого подвоха! — заверил меня солдат. — Иди, пробуй!

Я пошел. Вернее, поехал, воспользовавшись тем, что на этот раз меня не пытались принудить оставить несилиска. Я то и дело недоверчиво озирался в седле, но преследовать меня никто не собирался. На меня вообще почти не обращали внимания, словно седой тайком поставил на мне метку, разрешавшую свободное перемещение по порту.

Лишь несколько раз я ловил заинтересованные взгляды, но и те были адресованы скорее Шипаське, чем мне.

Я подъехал к одному из кораблей и крикнул первому попавшемуся матросу, что хочу поговорить с капитаном. Тот смерил меня долгим взглядом и исчез в недрах судна, чтобы вскоре вернуться в сопровождении франтоватого вида мужчины в годах.

— Ты хотел капитана? — хрипло спросил он. — Я капитан. Чего надо?

— Надо на Кардаморт.

— Исключено.

— Но…

— Нет.

Обратно я возвращался спустя неполных полчаса, злой и разочарованный.

Откуда-то вновь нарисовался давешний седой солдат.

— Что, не вышло? — спросил он меня почти без издевки.

— Не вышло.

— Рассказать, почему?

— Не надо, мне объяснили. Мог бы сразу сказать.

В соседнем Ханвере последний месяц бушевал мор. Какая-то жуткая, неизвестная доселе болезнь пачками косила население королевства. И принесли ее вроде как корабли, слишком близком проходившие от Кардаморта. Точных доказательств не было, но слухи ходили самые упорные.

Именно поэтому огриханский король под страхом смерти запретил приближаться к острову. И именно поэтому никакие деньги не могли заставить мореходов нарушить этот запрет. Они просто хотели жить.

— Мог, — согласился солдат. — Но так оно доходчивее вышло. Да и скучно здесь, хоть какое-то развлечение. Но ты не думай, я не позлорадствовать пришел.

— Неужели?

— Да. Я Орден ваш уважаю. И раз надо тебе зачем-то на проклятый остров, значит надо.