Полночная звезда

— А как же Арпелий, твой супруг? Разве он не достоин твоей любви?

— Я не собираюсь отчитываться перед тобой.

— Я и не могу требовать этого. Но ты не только моя госпожа. Я всегда считал тебя другом, как и все те, кто прошел с нами от Хорума до Орамоса, и я не вправе закрывать глаза на твои ошибки.

— Я отлично помню, кому обязана троном! — гневно воскликнула Иллария. — И только поэтому позволяю тебе разговаривать со мной в подобном тоне. Что ты хочешь узнать? Люблю ли я Рамара? Да, люблю! Арпелий мой муж, его я тоже люблю, но.

..

Иллария запнулась на полуслове и вдруг расплакалась. Упав на кушетку, она зарылась лицом в шелковые подушечки, плечи ее задрожали от рыданий.

— Я не могу этого объяснить, — жалобно простонала она сквозь всхлипы.

Турон присел на кушетку подле девушки и нежно погладил ее по плечу.

— Я все понимаю, — произнес он. — Не рви свое сердце, госпожа, отдай его тому, кто действительно любит тебя всей душой. Рамар всегда будет тебе другом, но не более. Не мучай себя и не мешай его счастью.

Иллария оторвала от подушек заплаканное лицо и взглянула на советника. Ее всегда поражало, что звероватый на вид громила обладает такой широкой доброй душой и умеет говорить так нежно и ласково. Странно, но его рычание приятно успокаивало. Как должна быть счастлива Киранта, имея такого супруга. Но как же несчастна ее госпожа.

— Скажи мне, Турон, Рамар любит эту девушку? — спросила Иллария.

Турон кивнул.

— Он сам тебе это сказал? — продолжала спрашивать императрица.

— Нет, — Турон отрицательно покачал головой.

— Рамар и Айя встретились на далеком острове. С тех пор, как мы покинули остров, северянин ни разу не говорил о ней, но я видел их глаза, когда они расставались, и точно знаю — они любят друг друга, даже если сами еще толком не понимают этого. Они предназначены друг для друга самой судьбой. На долю рубийца выпало уже немало тяжелых испытаний и, как друг, я желаю ему счастья. А потому прошу тебя, госпожа, не препятствуй их встрече. Сами боги благоволят этому, раз позволили девушке вырваться с острова, откуда нет возврата. Не ставь свои капризы выше воли богов.

Иллария утерла глаза кружевным платком и произнесла:

— Хорошо, я подумаю.

— Только не слишком долго, — предупредил Турон. — Постарайся принять правильное решение. Может статься, что рубиец еще вернется. Подумай, как будешь смотреть ему в глаза. Рамар без раздумий отдал бы жизнь за Айю, в этом я уверен, и твой поступок расценил бы как предательство.