Полночная звезда

Темлий стал капитаном императорской галеры. Лишь ты, который сделал больше всех, остался без награды.

— Я всего лишь странник, — просто ответил Рамар. — Мой удел — дорога.

— Зачем тебе уходить? Останься в Арамее. Ведь я теперь императрица. Должен быть и император. Им мог бы стать...

— Тс-с, — рубиец приложил палец к губам девушки, заставив ее замолчать. — Не говори того, о чем можешь потом пожалеть. Я не хочу обижать тебя.

— Ты любишь другую? — по-своему восприняла его слова Иллария.

Рамару вспомнились вдруг синие глаза прекрасной воительницы.

— Она красивая? — продолжала выпытывать Иллария.

— Она далеко, — печально ответил Рамар. — Сожалею, что стал твоим кумиром, но это лишь детское увлечение, скоро оно пройдет. Освободись от грез и увидишь, что рядом есть человек, который любит тебя всей душой и готов всю жизнь носить на руках. Он, впрочем, уже делал это, когда мы бежали из хишимерского плена.

— Ты говоришь об Арпелии? — удивленно спросила Иллария.

— Отдавшись мечтам, ты и не хочешь замечать, какими глазами он смотрит на тебя, ловит каждый твой вздох, старается все время быть рядом, оказывать знаки внимания.

Иллария улыбнулась. Поддавшись душевному порыву, она вдруг прижалась к груди рубийца и прошептала:

— И все равно я буду любить тебя. Хотя бы как старшего брата.

Рамар взял девушку за подбородок, запрокинул ей голову и, глядя прямо в глаза, сурово произнес:

— Теперь ты уже повелительница огромной державы.

Рубиец поцеловал девушку в лоб.

— Ты когда-нибудь вернешься? — тихо спросила Иллария.

Северянин пожал плечами.

— Кому из смертных ведома его судьба?

____________________

*моропус — древнее вымершее травоядное животное

28.05.2000.

Сердце Черных джунглей

Покидая территории племен Черного берега, одинокий странник уносил свою скорбь все дальше на Юг, в земли акатанов, свирепых воинов-людоедов, и далее, к самому Сердцу Черных джунглей, где процветал культ суровых богов Ночи.

— Дальше ему не пройти, — сказал Халлала, молодой чернокожий проводник.

Остановившись, он повернулся к Гастерию и указал на гиппариона. Купец натянул поводья и посмотрел вперед.

Проводник был прав. Джунгли, все более сгущавшиеся с каждым днем пути, теперь стояли сплошной стеной.