Полночная звезда

— Забудь ты эту девчонку, приятель. Поверь моему слову, рубиец, ни одна красотка не стоит таких терзаний. Вот уже пятый день ты молчишь, думаешь о чем-то, почти ничего не ешь. Если бы я не видел тебя в бою, перестал бы уважать, честное слово. Не к лицу мужику так убиваться по какой-то девчонке. Когда будем в Орамосе, я куплю тебе дюжину рабынь на твой выбор.

Рамар покачал головой.

— Благодарю тебя, Турон, но мне совсем это не нужно.

— Так что же тебе нужно? Ну, хочешь, мы с Муфизом развернем галеру и выкрадем для тебя эту синеглазку?

Муфиз согласно кивнул.

— Скажи только, она стоит того? — спросил Турон.

— Стоит, — ответил Рамар. — Но возвращаться не нужно. Я думаю вовсе не о ней. Не только о ней.

— О чем же?

Рамар пожал плечами.

— Так, о жизни.

— Не понимаю я тебя, дружище, — вздохнул Турон.

Снаружи послышался крик:

— Земля!

Рамар взглянул на Муфиза.

— Какой-то остров? — спросил рубиец. — Ты же говорил, что мы прибудем в Орамос только вечером.

— Это не остров, — ответил гигант. — Дозорный увидел арамейский берег, но в порт мы войдем действительно только на закате.

Турон хлопнул Рамара по плечу.

— Идем, сам увидишь, что капитан прав.

Трое мужчин вышли на палубу. Турон указал вдаль и произнес:

— У тебя острый глаз, рубиец. Посмотри. Что ты видишь?

На горизонте чернели несколько точек. Это не было похоже на горные вершины.

— Я не понимаю, что это, — сказал Рамар. — Неужели башни?

— Именно, — подтвердил Турон. — Их подножие мы увидим лишь к вечеру.

— Они так высоки?

— Ты даже не представляешь, насколько.

— Это так, — подтвердил капитан.

— И кто же там живет? — поинтересовался Рамар.

— Да никто. Кому охота лезть на такую верхотуру. Только в нижних этажах селятся бедняки, что не в силах оплатить или построить собственный дом.

Турон вернулся в шатер, Муфиз занялся своей работой, Рамар же остался на носу судна. Он задумчиво смотрел вдаль, где на горизонте чернели десятки башен, вершины которых пронзали облака.

Лишь когда солнце начало клониться к закату, на границе неба и моря зачернело побережье. По мере приближения к арамейскому берегу становились понятны истинные размеры исполинских сооружений. И сам город был огромен. Бастионы многочисленных крепостей защищали побережье.