Полночная звезда

В то же время на полуденный берег из глубины джунглей пришли чернокожие племена, потесненные акатанами. В конце концов ногаров вытеснили с берегов Круглого моря в земли прародины, где потом еще почти сто лет шла война. Чем это закончилось, ты знаешь. Приверженцы культа паука-людоеда ушли в полночные горы, а древняя Накката превратилась в пустыню, в песках которой медленно вымирали остатки могучего некогда народа. Так погибла империя. Ногары еще жили некоторое время у границ полночных лесов, пока оттуда не вышли воинственные племена арамеев и хошимов.

Много лет они бились с морагами за побережье. Потом появился Хорруг, он объединил племена и стал первым царем арамеев. Под его предводительством арамеи выбили морагов с побережья, а заодно и последних ногаров.

Ксальмоннатос ненадолго умолк. После паузы он вздохнул и произнес:

— Как же мне не печалиться, северянин? Я потерял все, что имел. Я живу лишь одними воспоминаниями. В этом замке собраны предметы и люди разных эпох, от расцвета до упадка Ногарской империи.

Ты видел некоторых.

Рамар кивнул.

— Однако пора немного подкрепиться, — с улыбкой сказал старик, повернувшись к рубийцу. — Плохим бы я был хозяином, не попотчевав своего гостя.

Он сделал приглашающий жест рукой. Рамар обернулся. Пока старый маг предавался воспоминаниям, на террасе появился стол с яствами. Ксальмоннатос усадил рубийца в легкое плетеное кресло, сам сел напротив.

— Угощайся, северянин. Скажи мне, друг мой, куда лежит твой путь? Что гонит тебя в дорогу? Только ли твоя боль? От кого ты пытаешься убежать, Рамар из Рубии? От самого себя?

— Боюсь, что сам не ведаю этого, — вздохнул рубиец.

— Говорят, чужая душа — потемки. Я же заблудился в сумерках собственной души.

— Это заметно, — кивнул Ксальмоннатос. — Я слежу за тобой от самого Рубидана. Ты проделал немалый путь, но так до сих пор и не разобрался в себе, не определил свое место в мире.

— Зачем же ты следишь за мной, почтенный? — спросил Рамар.

— За тысячи лет до твоего рождения великие маги узнали пророчество богов о расцвете новой империи на руинах Ногары, когда взойдет полночная звезда и жало смерти уткнется в пыль дорог.

Все нынешние пророки в один голос твердят, что звезда взошла и это странник с далекого Севера, в руках его дорожный посох, но в посохе скрыта смерть, ибо кусок маграхирского дуба таит в себе клинок величайшего из богов.

— Какая же империя должна подняться? — осторожно поинтересовался рубиец. — Неужели Арамея?

— Именно так, — кивнул Ксальмоннатос.