Торнан. Книга I. Повеление богини

А без них все разбежались, так что узурпатор усидел на троне, и теперешняя династия происходит от него.

–Когда это было? – спросил Торнан.

–Лет пятьсот назад, или даже больше. Не помню, нам это еще в первых год в школе рассказывали…

И еще говорят, что они не погибли, а спят в пещере, чтобы придти на помощь своему народу, и изгнать злодеев. Как станет невмоготу жить, так начинают вспоминать... Три раза самозванки смуту устраивали.

Торнан равнодушно промолчал: наткнулись они на разгадку той давней трагедии, или это кто-то другой нашел тут вечный покой –так ли это важно?

Но дело явно давнее – горностая в Логрии извели уже лет сто, да и таких доспехов как на расплющенных лавиной воинах Торнану не приходилось видеть даже среди хлама, присылаемого из арсеналов к полковым кузнецам на переделку.

На ночлег они устроились в обнаруженной Чикко пещере.

Хотя в ней не было тепло, но она давала защиту от ветра –и им и коням.

Внутри было старое (очень старое) кострище, и ветхий до невозможности обрывок ткани – люди были тут очень давно.

–Принеси снежку, –попросила Марисса. Не в сухомятку же есть?

Торнан кивнул и вышел наружу, во полутьму, набрать в бурдюк снегу, выбирая плотный слежавшийся наст.

Угасающий закат освещал скальные расселины и воронки. По горным плато гулял ветер, мрак опускался на глетчеры высочайших хребтов, скрывая их серо-зеленый древний лед. С бурдюком в руке Торнан стоял на снежнике, на ветру, и смотрел, как высокогорье тонет в наступающей ночи. Потом Марисса окликнула его и он вернулся в грот.

Они устроились в дымной пещере, ели приготовленный Мариссой ужин, а завернувшийся в шкуру Чикко, хватив из фляжки пару добрых глотков, дремал, тихо посапывая. Дремали и скакуны –Ревун, Мышка и Черныш.

Они сидели вместе с Мариссой в этом подземелье у костра, глядя в опадающие языки пламени, смотрели на огонь, и вполголоса беседовали об опасностях, подстерегающих путников в высокогорье. О метелях, лавинах, туманах, камнепадах, о снежных карнизах, которые перекрывали скальные и ледниковые трещины.

А когда молчали и в убежище становилось так тихо, что они слышали только потрескивание углей, всхрап уснувших конец, и сопение дремлющего Чикко…

Марисса сидела по другую сторону костра. Она задумчиво смотрела в угли, колеблющемся свете костра по лицу девушки пробегали глубокие тени.

– О чем грустишь? –негромко спросил он.

Она вздрогнула, словно от окрика.

–Прости, не могу сказать. Тайна.

– У тебя есть тайны? Великие секреты Богини? –пошутил он.