Ultima Forsan

Никаких замков, запоров или засовов на ней не было, однако я уверен, что открыть эту дверь куда сложнее, нежели райские врата закоренелому грешнику.

На пороге нас ждал бравый сержант в мушкетёрском колете. Он кивнул священнику и посторонился, пропуская наш небольшой отряд.

- Значит, это и есть наши спасители? – поинтересовался сержант, ни к кому конкретно не обращаясь. – Всё же зря вы отвергли предложение капитана, надо было отправить настоящих солдат, а не этот сброд.

По всей видимости, такие слова как уважение или такт в его лексикон не входили.

- Не нам обсуждать решения синдика и епископа, - отрезал священник настолько менторским тоном, что спорить с ним у всякого бы пропало желание.

Дверь за нашими спинами закрылась сама собой, и теперь впереди шагал не только священник, но сержант мушкетёров.

Перед ещё более прочной дверью, на сей раз сложенной не из досок, а из целых брусьев, укреплённых сталью, мы остановились. Сержант мушкетёров прошёл несколько шагов и занялся какой-то машинерией, открывающей дверь, а священник обернулся ко мне и протянул кожаный планшет с медной застёжкой.

- Внутри все необходимые бумаги, - сказал он.

- И что же в них? – тут же сунулся тевтон.

- Карта катакомб, которыми мы пойдём, - ответил я.

- Но он же сказал бумаги, - обвиняющим тоном заявил тевтон. – Значит, не только она. Что ещё?

- Награда тоже здесь, - кивнул я. – Но где мы сможем получить её, знаю только я. Так что тебе стоит поберечь мою голову, без неё тебе награды не видать.

Намёк был более чем прозрачен, и тевтон понял его верно. Он отступил на полшага, подняв руки вверх, признавая своё поражение. Я же закрепил планшет на поясе и поблагодарил священника.

- Насколько точны карты? – уточнил вор.

А ведь этот вопрос надо было задать мне. Как же быстро я позабыл о самых, казалось бы, базовых основах, которые рейдер познаёт в первые же месяцы занятия этой опасной профессией. Если же не познаёт, то очень скоро становится покойником.

- Этого не знает никто, - честно пожал плечами священник, - ведь даже око самого Господа нашего вряд ли презрит за этим местом.

- Выходит, они будут нас больше путать, нежели помогать, - заметил вор.

- Возможно, - кивнул я, - но всё лучше чем вовсе ничего. Совсем вслепую лезть в катакомбы – это верное самоубийство.

Вор только плечами в ответ пожал, но явно остался при своём мнении.

Тут отчаянно заскрипели двери, и одна створка начала медленно двигаться внутрь.