Ultima Forsan

После оружейной мы набили дорожные сумки едой и разными полезными мелочами, постаравшись как можно равномерней распределить нагрузку. Так, чтобы потеря одного не стала бы причиной гибели остальных. Тут как раз пригодился мой опыт рейдерства, да и остальные были не промах.

И вот пришло время покинуть подземелье собора Сан-Антонио, и отправляться в катакомбы под ним.

- Кстати, - вспомнил вдруг тевтон, когда мы снова шагали вслед за священником по очередной лестнице вниз, - а что с отрядом кавальери? Они же прорывались из города, чтобы привести помощь.

- Они мертвы, - не оборачиваясь, бросил священник. – Мессере прав: вы сейчас – единственная надежда города. И всего его населения.

Тевтон слегка опешил от такого заявления. Видимо, мои слова он не до конца воспринимал всерьёз, а вот когда их подтвердил молчавший прежде священник, поверил окончательно и бесповоротно.

- А на меня обещанная награда распространяется? – спросил шагавший позади меня вор. – Мне-то до светлых идеалов добра и справедливости, да и до спасения города, дела особо нет.

- Ты ведь ни на что не рассчитывал, когда просил меня взять тебя с собой? – поинтересовался я в ответ.

- Ну, такой уж я человек, если почую выгоду, то мимо точно не пройду.

- Ты ведь мог остаться снаружи, - напрямик заявил я, - и тебя вряд ли обнаружили бы так легко, как здесь. Ты ведь едва не попался на входе в собор, в то время как за его пределами был бы в куда большей безопасности.

Я намеренно говорил всё это при священнике, который слышал нас. Это была ещё одна проверка для вора, крайне жестокая и опасная для него, но я уверен, что моего авторитета вполне достанет, чтобы вор избежал огня и железа.

- Это не спонтанная вспышка насилия со стороны нечистых, - ответил вор. – Их вооружили, собрали в отряды. Ты же не думаешь, что появление орд мертвецов и некромантов было случайным? При такой организации есть и свои проверки, и я их точно не пройду. О последствиях мне как-то даже думать не хочется.

Вряд ли вор говорил мне чистую правду, однако допытываться сейчас смысла не было.

Наконец, наш спуск подошёл к концу. Священник постучал в могучую дверь, окованную сталью. Внутри стен и самой двери зажужжали и защёлкали механизмы, отворяя её.