Пробоина 4: Воля рода

– Я помню договорённости, – проворчал Второлунник, – Ну, дети мои, откуда же у вас эта пробирка?

Эвелина и Афанасий, судя по склонённым головам, предпочитали молчать. Церковник лишь засмеялся:

– Вы же знаете, у Серых Хранителей много способов заставить говорить, – он залез другой рукой в карман, потом резко выпростал её, бросив горсть какого-то порошка в сторону пленников.

Заискрилась серебристая пыль, оседая на головы девушки и старика, и отец Афанасий даже чихнул.

– Откуда кровь? – повторил Второлунник.

– Из тела наследника, – подала голос Избранница и захихикала.

– Хм-м-м, – церковник оглянулся на Стража Рода, – Пыль псарэса требует умения задавать правильные вопросы. Где ты взяла эту пробирку, дочь моя?

– Из рук отца Афанасия.

– Да чёртова Пробоина! Ох, прости меня, Незримая… А ты, старик, где её взял?

– Из рук Эвелины, – Афанасий тоже прыснул со смеху.

Кулаки Второлунника бессильно опустились, и он несколько мгновений только сопел. Трудно одновременно иметь склонность к истерике и пытаться казаться величественным.

– В каком городе находится наследник, из тела которого эта кровь? – громко спросил Страж Рода.

Церковник резко оглянулся, недовольный тем, что в его властный разговор влезли, но снисходительно кивнул. Мол, пусть будет такой вопрос.

– В Ма… – Афанасий напрягся, будто пытался бороться, – В Мало… В Маловратске! Академия магов, – обречённо закончил он.

Внутренне я был готов к такому ответу, поэтому спокойно отнёсся к нему.

– Прекрасно, – Страж Рода кивнул, а потом развернулся и удалился прочь, откинув шторку входа, – Царь будет доволен.

Церковник провожал его взглядом, пока тот не вышел, потом развернулся и с улыбкой прошептал:

– Эти дурни всегда думают, что они впереди нас на шаг, – он снова посмотрел на пробирку, – Кто бы мог подумать, что наследник и Последний Привратник будут в одном лице?

Я в этот момент подумал о Страже, покинувшем шатёр.

Ведь вся когорта Стражей повязана, это все одни и те же оракулы, мечтающие о настоящей власти. И они очень хотят сместить Царя, только сделать это так, чтобы царский трон сам по себе перестал быть символом.

Стражи Душ в Межедаре хотели ворваться в церковь к Афанасию.