Я что, враг главного героя?! Том 1 и Том 2

Разве что заняться членовредительством, шантажируя его порчей тела… нет, это дерьмовый план. Себя резать могут только сумасшедшие, а я не из этих.

Но зря я вообще задавался таким вопросом. Потому что Синицын, вздохнув, опёрся подбородком на руки.

— Чего ты извиняешься, плебей? Я же шучу. Естественно, я не стану тебя винить за глупость и забывчивость — такая уж у тебя плебейская натура, не вытравишь. Я могу только смириться.

Опять он меня унижает, скотина! Ну ничего, найду я на него управу… главное не ссориться пока слишком сильно, пока не решу текущие проблемы.

— Шутки твои — говно. И сам ты нехороший человек. Я к тебе со всей душой, а ты…

Призрачный мафиозник картинно закатил глаза и покачал головой:

— Как скажешь, трусливый плебей.

А причём здесь трусость вообще? Это он мне выговаривает за то, что я удрал от Журавлёва? Ну, Синицын!

— Слышь, ты…

Договорить я не успел. Кто-то вставил ключ в замочкую скважину входной двери и безрезультатно пошевелил им. Затем дверь тихо открылась и закрылась.

— И чего это дверь открыта? Надеюсь, с ним всё хорошо, а не как обычно… И свет на кухне не выключил. Хмм, как странно.

В коридоре показалась Ласточкина. Естественно, не заметить меня, сидящего за столом под лампой она не могла. Как и две кружки чая на столе.

— Ох, Игорь Николаевич, я не вовремя? — Оля выглядела удивлённой.

Можно понять — какого хрена я делаю в такой ранний час не в постели, а на кухне чаи гоняю сам с собой? Хотя что это она делает так рано дома у Синицына?

— Ольга Сергеевна? Что она тут забыла? — ладно, Игорь на мой вопрос ответить определённо не сможет.

— Зависит от того, с какой целью пришла, — уклончиво ответил я. Девушка показала пальцем на вторую кружку и осторожно спросила:

— У вас ведь гости?

— Что-то типа того.

Совсем некруто, что дух настоящего Синицына вижу только я. Столько бы всего избежал, вмиг разрешил почти все свои проблемы и не искал бы судорожно оправдания перед школьницами за то, что попал не по своей воле в такую тупую ситуацию.

Хотя может и по своей… мне резанул память мой же комментарий при прочтении “Пламени против льда”. Не стоило мне желать оказаться в книге, не стоило желать показать этому поганому Журавлёву, как надо жить. Не стоило — теперь расплачиваюсь.

Пока я копался в себе и сложившейся ситуации, Ласточкина копалась в своей сумке. Крупная такая, через плечо — у нас такие некоторые носили в школу вместо рюкзаков.