Я что, враг главного героя?! Том 1 и Том 2

Я стоял немного в стороне, поглядывая на всю эту движуху с некоторой неуверенностью.

— Зачем это всё? Какой смысл? — тихо проговорил я себе под нос, не ожидая никакого ответа на эти вопросы.

— Это для гео- и аквакинетиков. Им же нужно с чем-то работать, плебей.

Я не вздрогнул, не дёрнулся от неожиданности или испуга. Я просто охренел от того, что Синицын как ни в чём не бывало стоял рядом и объяснял мне происходящее. Будто бы и не пропадал он никуда на эти два часа!

— Ёпрст, скотина! Ты меня до инфаркта хочешь довести, или что?

— А что такого я сказал? — Игорь выглядел удивлённым.

— Что сказал? Где ты был всё это время?!

— Понятия не имею, — дух только пожал плечами.

— Ты меня подставил! Исчез в самый ответственный момент! — у меня аж кулаки сжались от негодования.

— Как будто бы это от меня зависит, плебей! Я взял и по собственной воле пропал тогда, когда должен был выступать перед советом? Ты думаешь, этого я хотел?

— Ну не я же растворился, как пердёж в воздухе!

Синицын аж задохнулся от негодования.

Тут нас окликнули со стороны.

— Синица, ты где там прохлаждаешься? Иди в строй! — обходя ряды своих подчинённых, Сорокин не досчитался меня и сразу же отправился на поиски. Нашёл там, где видел в последний раз — при высадке из фургона.

Я махнул рукой, дав понять капитану, что услышал его, и направился в первые ряды, смотреть на начинающееся представление.

Один из помощников Лебедева, стоящий в окружении экзокостюмов, взял матюгальник, включил его с диким скрежетом на всю округу и крикнул:

— Журавлёв, выходи! Мы тебя не тронем! Мы приехали чтобы поговорить! Журавлёв!

Ответом была тишина. Помощнику пришлось повторить:

— Журавлёв! Здесь господин Лебедев и его клан! Если не выйдешь — последствия могут быть непредсказуемыми и непоправимыми! Выходи!

И Журавлёв вышел. Дверь в одну из квартирок открылась, и Виктор показался на общем балконе.

Что-то подсказывало мне — не сдаваться он вышел. Лучшим решением было бы взять ноги в руки и драпануть отсюда, пока цел. Но я стоял. Смотрел на своего врага, поймал его раздражённый взгляд на себе.

Весь мир вокруг замер. Будто бы оттягивал неизбежное. Но на то оно и неизбежное, что сколько ни оттягивай — результат будет один.