Пленник

Как отметил барон – ни одному военачальнику в здравом уме не пришло бы в голову заставлять воевать в лесах людей, чья жизнь прошла в горах, где деревья выше человеческого роста считаются просто огромными. Егеря нашли удачную позицию и через некоторое время смогли во всех подробностях разглядеть горцев, бредущих по лесу с решительными лицами и совершенно пустыми глазами. Циоан первым разглядел «пастуха» этого стада и, толкнув Софию под локоть, указал на насадского мага. Закутавшись в длинный черный плащ, словно отгораживаясь от плебеев, тот мрачно шагал среди горцев.

Барон подал знак, и егеря незаметно рассредоточились по позициям.

Эрг здраво рассудил, что в положении летучий команды будет лучше, если прольется как можно меньше крови. Впрочем, огнестрельным оружием егеря себя не отягощали. Маленькие мощные арбалеты, снаряжённые специальными свистящими болтами, внесли полную сумятицу в нестройные ряды горцев. Лес огласили истерические вопли, и гедзейцы ломанулись по кустам в надежде спрятаться от неведомой опасности.

И тогда вперёд выступила София.

Уже пролилась первая кровь в этой схватке, и парочка смелых горцев, вооружённых пращами, попытались использовать против неё своё оружие. Одного упокоила Белка, строго выполняющая приказы своего командира, а другого Циоан, доказав, что обучение у барона не прошло бесследно.

София и насадчанин стояли друг напротив друга шагах в двадцати. Маг бормотал заклинания, и чёрный дым длинными плетями потянулся к девушке. Будь маг посообразительнее, то может и догадался бы, что главная опасность таится не в ней, а в её спутниках, умело владеющих оружием.

Так или иначе, ему пришлось прерваться, чтобы остановить болт, летящий ему в лоб. Действие магии прервалось, и дымные плети рассеял ветерок, а тут вступила в бой София.

Впрочем, «бой» – сильно сказано про человека, отличающегося редкостным миролюбием, хотя и перенесшего уже немало страданий. И сейчас, в родном лесу, ей вспомнился Замок. Вид из окон на море и каменная стена, увитая плющом… Мгновение – и густая сеть вьющегося растения опутала мага с ног до головы.

Несколько жёстких стеблей перетянули рот насадчанина, и по выпученным глазам стало было догадаться, что творить магию он более не в силах. Белка посмотрела на девушку расширившимися глазами, полными суеверного ужаса, и попятилась. София вздрогнула и на мгновение отвлеклась на неё. Поэтому не увидела, как несколько метко брошенных ножей прекратили существование насадчанина.