Пленник

Но если от бригантины исходила легкая дымка, то судно Хенси жадно охватывал черный столб.

– Вот и все, – озадаченно подытожил мокрый Монти.

Представители рыжей команды постепенно теряли свою маскировку и превращались в самих себя, а вот Хозяин каким̶то чудом умудрялся не потерять грим, наложенный умелым Монти.

– И это все?! – снова заорал Арбучо. Едва державшаяся на воде ведьма сжалась в комочек и ушла под воду.

Монти вздохнул и за шиворот поднял женщину на поверхность, одновременно послав другу укоризненный взгляд.

– И нечего на меня так смотреть, – буркнул Арбучо. – Она нас чуть не утопила!

– Трудно от простой ведьмы ожидать большего, – равнодушно пробормотал Кошчи. – И то, что сделано, в принципе, уникально…

Женщина расцвела и от счастья снова ушла под воду. Монти скривился, но помог вернуться её на поверхность во второй раз.

– Хотя, – все так же бесстрастно продолжил Хозяин, – я предполагал, что мы окажемся в каком̶нибудь укромном уголке одной из трех бригантин… Это было бы более эффективно.

– И менее мокро, – буркнул Монти, в очередной раз доставая ведьмочку. Та решила уже утопиться добровольно – от стыда.

Глава 12

Циоан важно восседал в своей карете. Его немного укачивало, но это все равно лучше, чем трястись верхом, натирая себе все причинные места. К тому же в карете он был скрыт от любопытных глаз. Сначала, он, как заправский герой, решил спасать свою будущую принцессу верхом на породистом жеребце. Но реалии дорог сначала сдули геройский ореол, запылили костюм, а потом и совсем погасили боевой пыл.

Все дело в том, что простой народ в этой стране ума явно недалекого, не знает, на что способны герои. И когда приходилось спрашивать дорогу к замку Хозяина, Циоан всякий раз с пафосом заявлял, что едет убить это чудовище и освободить народ от рабства перед этим чудовищем. Народ впадал в ступор, затем впадал в истерику, потом крутил пальцем у виска и шел дальше по своим делам. Сначала Циоан терпел, снося все на социальные унижения и простую жизнь впроголодь, снижающую умственные способности.

Дорогу спрашивали теперь двое верных стражей, что отважились идти с ним в захватывающее приключение. Теперь люди с пониманием относились к вопросу и не только указывали дорогу, но и сочувствовали «делу», с которым они ехали, и даже успокаивали, мол «Хозяин разберется, не извольте переживать, Ваше благородие».