Повязанный кровью

— Там пиво есть? — повернулся я к Арчи, игнорируя не самые лестные замечания Шутника о северянах.

— Может, сидр? — осторожно накренив бочонок, наполнил себе кружку Янек.

— Лучше пиво.

— Держи. — Передав мне запотевший жбан, Арчи подцепил двузубой вилкой запеченную форель и переложил к себе на деревянную доску. — Уху будешь?

— Лучше выпью, — отказался я и заинтересовался стоящей перед здоровяком стеклянной бутылью с коричневато-золотистой жидкостью.

— Бренди, — ответил Арчи, но налить не предложил.

Да я бы и отказался. Бренди хорош промозглым вечером, а не когда солнце жарит как сумасшедшее, пропотевшая рубаха липнет к спине, а воздух такой густой, что еще чуть-чуть и его можно будет черпать ложкой как сметану. И чего так припекает? Вроде осень скоро.

— Ты смотри, смотри, — толкнул Змейку под локоть загорелый до черноты Ежи Петелька и тот облился сидром.

— Какая цыпочка! — присвистнул парень и сделал попытку подняться со стола.

— Сиди, — хлопнул его по плечу спустившийся со второго этажа Семен Лебеда и осторожно поправил повязку, которой было замотано рассеченное ухо. — Не про тебя девица, купцова дочка.

Язва засмеялся и что-то зашептал на ухо уже прилично набравшемуся Власу.

— И чего? — Висельник потер шрам на шее, из-за которого, должно быть, и получил свое прозвище. Думаю, на самом деле след остался вовсе не от петли палача, но Ежи на эту тему предпочитал не распространяться.

— А того, что никаких драк. Анджей вернется, голову оторвет.

— Да какие драки? — сразу успокоился Висельник. — А где Дубрава, кстати?

— Насчет серебра пошел договариваться. — Семен потеснил Власа Чарку и уселся на скамью.

— Это хорошо, — обрадовался Влас, уже снявший с обожженного запястья бинты, и вынул из руки Шутника кувшин с вином. — Эр-торское? Дай-ка пригублю.

— А мамашка-то купцу рога наставила, — прищурился Петелька. — В девке эльфийская кровь сразу видна.

— Ты на мамку не греши, ослиной крови в этой крале и четвертушки не наберется.