Двойник Его Высочества

— Значит, им помогли, — я хмыкнул и откинулся в кресло. — Отец хотя бы об этом знает?

— Конечно, — Яр кивнул. — Что значит «хотя бы об этом»?

Я достал тетрадку Кирилла и молча передал брату. Тот с недоверием покосился на записи, но всё-таки просмотрел их все.

— О некоторых случаях мне неизвестно, — он покачал головой.

— А значит, неизвестно и отцу? Вы же вместе ведёте дела по заставам, так? Это только благовещенская, а есть и другие.

Я видел, как на лицо брата легла тень сомнения. Он вряд ли может сомневаться именно в отце — слишком большой авторитет для него, но вот факты говорят сейчас одно — есть то, что не учтено, не проанализировано.

— Вряд ли он не знает, — брат нахмурился.

— Тогда что всё это значит? Это вроде как самоубийство пленных? Не видишь ничего подозрительного?

Ярослав закрыл тетрадку и провёл ладонью по лицу, тяжело вздыхая.

— Значит, ты всё-таки считаешь, что среди своих есть предатели?

— Дай мне другие объяснение, если нет. Теперь ещё маньчжуры, тот странный тип, за которым я гонялся.

Брат покосился на меня.

— Нет, это не была галлюцинация, — настойчиво повторил. — О нём тоже нужно рассказать отцу.

Насколько наблюдатель вообще относился к ситуации, я понять пока не мог, но он явно мне не привиделся.

— Вряд ли отец делает что-то за моей спиной. Я его преемник в будущем, мне нужно быть в курсе всех дел. А насчёт предателя...

— Рядовые о каких-то специальных заданиях знать не могут, но если не знаешь ты, тогда...

— Я тебя понял, — отрезал Ярослав.

Я взглядом показал, что не скажу. Снова играла паранойя Сигмы, но я буду себя винить, если Кирилл пострадает.

— Так, ладно, — Ярослав собрал со стола записи. — Было бы проще поговорить с тем, кто видел это воочию.

— Позже. Как только я пойму, что человек не пострадает.

Ярослав мог и догадаться, о ком я говорю, на заставе у меня друзей немного, но всё же.

— Всё передам отцу.

Брат не спешил уходить, я видел, что он крепко задумался. «Самоубийство» пленных, разделённых камерами, вот так, по щелчку пальцев и спустя несколько дней не могло быть нелепой случайностью и халатностью тех, кто их досматривал.

— Всё нужно сделать скорее, — снова заговорил я. — У меня были сомнения, но сейчас...

— Понял. Что отец решил по поводу поездки в Петербург?

Ярослав перевёл тему.