Дух войны

Да и в нем, человеке с бледным, осунувшимся лицом, вряд ли кто признал бы правителя. Лишь дворня склонила колени при виде Ранвальда тогда отнюдь не Великолепного. Страх читался в их глазах, они чувствовали ужас, что волнами исходил от короля, явившегося в грязных рваных доспехах пехотинца.

Все уже знали страшную весть: в сражении не выжил никто. Страна осталась без правителя и практически без знати. Псы уже начали вялую грызню за престол, грозящую обернуться гражданской войной, на этот раз с привлечением бедноты, ведь биться больше было некому.

К тому же новости достигли и соседних областей, где, несомненно, нашлись бы и свои претенденты.

И вот Ранвальд вернулся. В основном его избегали. От него разило смертью. Король это понимал и радовался одиночеству. Ему чего-то не доставало, что-то ускользало, и он не мог ухватить суть. Целыми днями правитель просиживал в тронном зале, где раньше бывал лишь во время приемов. Высокие своды пустовали от голосов посетителей. Привычный гомон сменился неуютной тишиной.

Так, день сменялся днем, неделя неделей.

***

Меч звал Ранвальда. Клинок снова охранял застывший орел, но само оружие пульсировало своей собственной жизнью.

Король упорно сопротивлялся зову. После битвы он даже попытался избавиться от зачарованной вещицы. Не смог. Воли хватило лишь водрузить на прежнюю подставку, и птичьи лапы приняли меч, как дорогой саркофаг принимает тело, по которому скроен.

Зов нарастал и становился невыносимым.

Шепот, тот, что зазвучал в далеком городе чужой страны, говорил и говорил, будто прибавляя в громкости. Вскоре глас оружия стал невыносим.

– Что? – закричал однажды Ранвальд, обращаясь к мечу, – Что тебе нужно?

И тут же услышал ответ:

– Мне нужно всё. Мне нужна пища: кровь и сражения, боль и смерть.

Король ужаснулся и обхватил голову руками. Не помогло. Шепот, набравший мощь, проникал в мысли Ранвальда без всякого труда. И когда правитель обнаружил себя у подставки-орла, тянущимся к рукояти клинка, он перестал сопротивляться.

Красное свечение захватило его, и Ранвальд отключился.

Когда король очнулся, то с удивлением почувствовал себя в прекрасном состоянии духа. Словно некто за время его сна выкрасил весь мир более яркими тонами. Даже пылинки, каждую из которых он сейчас различал, приобрели объем и цвет.

Он поднялся с пола и направился к двери. Слуга явился на зов моментально, а затем привел и советника.